Григорий Рожков - Американец. Неравный бой

Бах!

Прямо перед польской пехотой, бегущей по полю, вырастает высокий столб разрыва. Разрыв выкашивает нескольких врагов, остальные стремительно падают на землю. Жить всем хочется, но не всем дано, второй-то снаряд уже в пути. А за ним и третий. Однако за задорным и, прошу заметить, результативным расстрелом врагов перед позицией мы забыли об атаке на фланге.

– Осколочный! – воскликнул старший сержант, пытаясь довернуть ствол вправо, навстречу второй группе противника. Но вижу – не хватит этого угла, и времени тоже не хватит…

– Пригнись! – Автомат, брошенный вначале на землю, молниеносно вернулся в руки. Первая очередь – и первый труп. Чес слово, анекдот! Польский офицер-кавалерист, с саблей наголо, орет как оглашенный, ломится через кусты. А тут я, с автоматом… Атака легкой бригады, ага! Кавалеристы – есть, русские солдаты – тоже. Нелепый расстрел атакующих – налицо и сколько хотите!..

Твою мать, магазин опустел. Где пистолет? И тут пошла другая песня, мои мысли о победоносном уничтожении нами превосходящего врага померкли. Я не успел выхватить пистолет, у Сиротинина патроны кончились, а орудие уже охватили полукольцом атакующие…

– Руки вверх!

Все, кранты. Эх, не успел Сергей вернуться и парней привести… Поляки не настроены с нами долго возиться, по глазам вижу – все разгорячены, хотят крови, мести. Унтер – и тот на взводе, наверное, по привычке заставил руки поднять. Ну и пусть стреляют, не чувствую я страха или сожаления.

Тра-та-та-та! Длинной очередью разразился у дороги пулемет. Враги вздрогнули, кто-то оглянулся и ахнул:

– Nasz samochód pancerny? Dlaczego oni strzelaj? – недоуменно пожал плечами один из бойцов. – Kto to jest? [33]

– Ложись, командир! – громко и отчетливо донесся голос Юры. Теперь все ясно…

Пока пшеков крошили в капусту короткими очередями и снайперскими выстрелами, я словно прозрел. Глядя в худощавое лицо этого невысокого сержанта-артиллериста, я вспомнил, где слышал эту фамилию – Сиротинин. По телевизору же слышал! Один в поле воин! Солдат один стоял у орудия и два с половиной часа сдерживал продвижение врага. Подбил десяток танков и несколько бронемашин и грузовиков, ухлопал полсотни фашистов и погиб с оружием в руках… Немцы его с почестями хоронили как героя. Я еще тогда, впечатленный подвигом, в Интернете пытался фотографию этого сержанта найти. Но нашел лишь портретный рисунок. И вот вспомнил…

– Николай. Да, Николай Сиротинин, – словно подтверждая свои домыслы, произнес я, когда над головой перестал кружить свинцовый рой.

– Да, товарищ лейтенант, – удивленно отозвался старший сержант.

– Ничего, просто вспомнил, как тебя зовут, Томилов мне говорил… Погранцы, бегом сюда!

– Тут мы уже, товарищ лейтенант. – Кусты за спиной раздвинулись, и к орудию подскочили трое бойцов.

– У дороги Джампер с Хорнером стреляют? – Сразу и в лоб.

– Так точно. Проявили инициативу и атаковали противника там, – кратко и по существу ответил Юра. – Нарушили тво… ваш приказ, и удачно нарушили, с выдумкой! Сейчас постреляют и отойдут назад, за поворот.

– Ладно.

Бой на какое-то мгновение затих, даже удалось услышать, как взвыл двигатель бэтээра, быстро уходившего из опасной зоны.

– Пока тихо, озаботимся нашими дальнейшими действиями. – Оглядев присутствующих, быстро прикинул все возможности и начал раздавать приказания: – Горбунов, к орудию. Помогай товарищу старшему сержанту Сиротинину. Арсентьев и Иванов, занимайте позицию справа от орудия. Лучше – в той яме, откуда мы начали, Сергей. – Брат, глядя в указанном направлении, дважды кивнул. – Я займу позицию слева. Так, а что Хорнер с Джампером дальше делать будут?

– Если противник выдвинется вновь вдоль дороги – ударят, а так будут поддерживать огнем по возможности, – с иронией доложил Юрец. Ну да, ему, да и мне подобное поведение чем-то напомнило «наших» американцев, из нашей реальности.

– Пусть будет так… Да, и еще. Если что-то пойдет не так, поляки ворвутся на позиции или там кого-то ранят – срочно отступайте к транспорту. – Знаю – глупая затея давать такой приказ на всякий случай, но здесь я верю в каждого, так что нечего бояться. – Если все будет нормально, отход по моей команде. И вообще у нас другая задача, тут мы долго засиживаться не станем, не бойтесь. Все! По местам!

Разбежались мы кто куда, залегли, и, как по команде, поляки вновь пошли вперед. Никакой предварительной подготовки – встали и пошли, злобно выкрикивая что-то патриотично-воодушевляющее. Похоже, стараниями Сиротинина у врагов даже завалящего минометика не нашлось, из средств усиления одни пулеметы. Ну это их проблемы…