Андрей Архипов - Ветлужская Правда

– Хм… Судя по всему, уважаемый Масгут, ты отсчитываешь для нас год не с прошлой весны, как принято у многих племен словенского языка, а только с начала осени?

– Именно так, ульчиец, подсчитывают у вас на Руси дни! Вы переняли в Царьграде не только веру, но и счет времени!

– Даже при таком положении вещей получается, что товар у нас появился в этом году, в самом его начале, – невозмутимо соврал полусотник, бросив мимолетный взгляд на купцов. – А это, по твоим словам, означает, что мы его ввезли уже булгарскими поданными, так? Ведь Юсуф был нами встречен аккурат осенью, да и утварь в Суздаль попала, минуя границы Булгарии. Как мы шли? Ну скажем… Сначала пересекли Варяжское море, потом новгородскими землями спустились в верховья Волги, а уж дальше одна прямая дорога по воде в Нижний Новгород… то есть в Джуннэ-Кала, и она явно проходит мимо вашего царства! Ты собираешься спорить? Тогда делай это с суздальцами, а не с нами! Остальной товар к нам попал позже, и мы сразу же начали продавать его окрестному черемисскому населению. Сроки нетрудно проверить, но поверь, что все случилось, когда листьев на деревьях почти не было. Кто привез? Хм… Ты же видел, что следом за вами к пристани подошел ушкуй? Вот и в прошлом году у нас побывали новгородские гости, хотя мы и остались недовольны расчетом с ними… Ты, наверное, слышал про свару между нами, затеянную именно в то время?

– Я уточню то, о чем мне поведали, – нехотя проглотил ложь Масгут и поставил точку в споре: – А также взыщу мыто в многократном размере, если все будет выглядеть несколько по-другому.

«Ага, и для этого тебе придется взять несколько больше воинов, чем сейчас! – злорадно подумал Юсуф. – Пусть каждый остался при своем мнении, зато я успею расторговаться, раз вы отложили ваши дрязги на несколько месяцев».

– Что же, достопочтенный Масгут, – решил убрать неприятный осадок от разговора воевода, – тогда нам тоже нет необходимости что-то писать и на что-либо жаловаться. Но, может быть, ты все-таки взглянешь на наше воинство, прежде чем вынесешь решение о нашей полезности для Великого Булгара только в качестве земледельцев и торговцев?

«Ох как свирепо стрельнул глазами полусотник на своего предводителя! – хмыкнул Юсуф про себя, отстраненно наблюдая, как Масгут покровительственно кивает на такое предложение и небрежно отодвигает показ на вечер. – Да, не все так просто у ветлужцев, не все… Кое-кто может не пожелать пойти под нас. А казалось бы, для них это довольно удачное стечение обстоятельств! Как были рады угры, когда Селим Колын предложил им статус ак-чирмышей и свое покровительство! Правда, к этому времени они уже долгие годы платили дань, и новое положение вещей считали своим возвышением…

И все равно! Ветлужцам нужно лишь поторговаться и несколько поправить предлагаемое им соглашение. Так многие себя ведут в наше неспокойное время, тем более Булгария не самая дикая страна! Да что там говорить, после Константинополя, Рима и арабов мы самые развитые в науках и ремеслах! Лучше пойти под сильную руку, чем постоянно получать тумаки со всех сторон! В чем прелесть быть мелким князьком на задворках, когда можно стать блистательным вельможей в могучей державе? Богатство? Несмотря на их доходы с железа, они получат больше, если станут булгарскими подданными и смогут торговать им по всему свету!

Судя по всему, воевода понимает, что другого выхода у него нет, а вот полусотник… Иван будет упираться до последнего, хотя за его упрямством стоит вроде бы не глупость, и даже не вера во Христа или приверженность каким-нибудь замшелым языческим традициям! – Купец поймал себя на мысли, что впервые называет ветлужца по имени, и задумался о своем к нему отношении. – С момента нашего знакомства он меня забавляет своим поведением. Иногда невозможно предугадать, как он поступит в следующее мгновение, а значит… И опять я прихожу к выводу, что перед ним стоят цели, которых мне пока не постичь! Он так же непонятен, как юнец с гривной!

Но что может так покорежить человека, чтобы его ценности изменились? Что вообще заставляет людей рассматривать серебро как средство для достижения своих целей и не более того? И почему полусотник ветлужцев, обеспечив себе на речной засеке бескровную победу, не стал рассматривать меня как врага, а постарался приобрести если не друга, то вполне лояльного доброжелателя? Что за цели стоят перед этими людьми, а? Есть о чем подумать…»