Роман Глушков - Побег

Кальтер, Харви и Эйтор прошли по валяющимся на земле вырванным воротам и решительно вступили на подстанцию. Поскольку за всей территорией можно было уследить из любой ее точки, Синие Одеяла не наматывали круги вдоль ограды, а сидели и резались в карты. Столик, вокруг которого они собрались, был сварганен из снятой с петель двери будки — главного здешнего сооружения — и инструментального ящика, на который та дверь была положена. Однако думать, будто легионеры ведут себя легкомысленно, было бы ошибкой. Каждый из них смотрел не только на свои карты, но и на сектор периметра, лицом к которому он сидел. Автоматы также лежали у Одеял под рукой. И были моментально схвачены ими, едва лишь на объекте появились посторонние.

Скарабей шагал впереди компаньонов и изображал старшего, что не вызывало у него ни капли радости. Но с ним во главе их группка выглядела более естественной, нежели бы ее возглавил Кальтер. Как бригадир зэков-работяг, Багнер всегда разводил их по тюрьме на те или иные трудовые участки. Это никого не удивляло раньше и, надо полагать, не удивит теперь, ведь после бунта работы у простых зэков не стало меньше. Скорее, наоборот. Одна только уборка трупов грозила занять у них несколько дней. Не говоря о прочей грязной, но необходимой работе, до которой гордые члены банд никогда не опустятся.

— А ну стоять! — рявкнул один из стражей трансформаторов, нацеливая автомат на приближающуюся троицу. Двое других легионеров последовали его примеру: бросили карты и выскочили из-за стола уже с автоматами в руках. — Стоять, кому говорят!

Напустившие на себя невинный вид злоумышленники подчинились приказу. Как было и в случае с Факельщиками из прачечной, Кальтер сразу узнал и этих врагов: датчанин Есперсен, японец Мацуда и чернокожий алжирец Ферхат. Дружил ли кто-то из них с погибшим Мачори, Обрубок не помнил, но такое не исключалось. По крайней мере, Есперсен был у Синих Одеял кем-то вроде сержанта и командира отделения. Очевидно, тут он тоже был старшим, хотя приказ остановиться отдал визитерам не он, а Ферхат, который заметил их первым.

— Скарабей? — Вот теперь с ними заговорил сам Есперсен. — Какого хрена тебя сюда принесло, да еще с этим отребьем?

— На седьмом уровне погас свет, — соврал Харви, указав пальцем себе под ноги. — По всей видимости, вышибло пробки. Вот меня и послали проверить, так это или нет. Только я не электрик, поэтому и нашел себе парочку специалистов, которые разбираются во всех этих рубильниках и трансформаторах.

— Ерунду он порет, — усомнился Мацуда. Ни он, ни его товарищи не опускали оружие, продолжая держать «монтеров» на прицеле. — Я сам когда-то на электрика учился. Если бы внизу что-то вырубило, у нас бы на пульте контрольная лампочка сразу замигала.

— Так ты иди и взгляни. Может, она там давно мигает, а ты здесь в покер режешься, — заметил Багнер, кивнув в сторону будки. — Раз ты здесь спец по электронике, почему я должен бежать сюда аж с седьмого уровня, чтобы делать за тебя твою работу?

— Ты, стукач директорский, еще поучи меня, что мне делать, а что — нет! — взъярился Мацуда. Похоже, в карты ему сегодня не фартило, если он так быстро вышел из себя. — Вконец, что ли, страх потерял? Думаешь, раз теперь у нас свобода, тебе позволено открывать рот без разрешения? Если ты еще не врубился в ситуацию, я объясню: свобода — это для нас, а не для вас. Для вас закон остался прежний: сиди и не рыпайся! А рыпнулся — получи по зубам!

— Хватит, Мацуда! Остынь! — одернул его датчанин. — Иди-ка лучше и впрямь проверь эти долбаные пробки. Сам видишь, какая дрянь сюда с нижних уровней ползет. Не хватало еще, чтобы она в темноте по уровню расползлась, и вычищай ее заново оттуда, патроны на нее трать. А ты, Скарабей…

Есперсен внезапно осекся и наклонил голову влево, присматриваясь к «электрику», что стоял за Харви. То есть к Обрубку. Который на всякий случай загородился спиной напарника, но полностью спрятаться за ним Кальтер, естественно, не мог. И потому, как бы ни старался он оттянуть этот неприятный момент, Синие Одеяла в конце концов его опознали.

— Обрубок! — воскликнул Есперсен. — Проклятый сукин ты сын, вот так встреча! С каких пор ты стал у нас электриком? И что там с твоей рукой?

— Да вот, повезло отыскать в лазарете мой протез, — ответил Куприянов, выступая вперед и демонстрируя легионерам свою… или, вернее, багнеровскую находку. — И насчет электрика ты все правильно расслышал. Не в обиду будет сказано Мацуде… — Он посмотрел вслед зашедшему в будку легионеру. — Не в обиду ему будет сказано, но в этом вопросе я разбираюсь гораздо лучше, чем он.