Роман Глушков - Штурм

– Погоди, не спеши, – попросил Куприянов. – Я тут еще разок поразмыслил насчет подсказок «серых». А если конкретно – насчет того артефакта, который держит Мастер Игры… – Он указал на правую руку статуи, что демонстрировала гостям каменный пакаль. – Сдается мне, что мы с тобой расшифровали не все его намеки. Почему этот пакаль пустой, как считаешь?

– Потому что любой рисунок на нем, даже самая примитивная закорючка, сбивали бы с толку тех, кто еще кроме нас додумался бы рисовать на этой доске, – ответил Серега. – Ну а так Мастер словно бы говорит нам: короче, рисуйте, что хотите, сукины дети, а я вам в этом вопросе не советчик… Что, разве нет?

– И да и нет. – Кальтер не сводил взгляда с каменного пакаля, хотя вряд ли он мог рассмотреть на нем что-то новое. – А что, если Мастер намекает нам не только на это, но и на кое-что еще? А вдруг он имеет в виду, что мы можем получить здесь не только обычные пакали, но и тот самый мифический пакаль без рисунка?

– Ха! Ну ты и сказанул! Чтобы получить пакаль без рисунка, нам нужно оставить доску чистой. Но ведь она и так абсолютно чистая! А за поддержание ее в чистоте, как ты видишь, каменный Мастер пакали не дарит.

– Логично, – согласился Куприянов. И тут же возразил: – Но не совсем. Все зависит от того, что ты вкладываешь в понятие «поддерживать в чистоте». Тот же пол на самом деле бывает чистым в двух случаях: там, где его не топчут, и там, где его регулярно и тщательно моют.

– Етит твою мать! – От внезапно осенившей Сквозняка догадки он едва не выронил из рук копье. – А ведь твоя правда! Сколько мы уже по доске тряпкой шоркаем, а мне в отличие от тебя даже в голову не пришло, что может случиться, если облить ее водой целиком!.. Короче, я так понимаю, что «мост» отменяется?

– Тебе выбирать – этот раунд по-любому твой, – развел руками Кальтер. – Но я бы на твоем месте все же рискнул отойти от классической живописи к абстракционизму и забабахать нам «Черный квадрат». Вернее, не черный, а мокрый. И желательно на весь холст, а то иначе затея может и не выгореть.

– Ладно-ладно, уболтал – будет тебе твой «квадрат»! – отрекся от прежнего плана Серега. – Раз надо, значит, надо – какие проблемы!

Порученная Сквозняку творческая задача лишь на первый взгляд казалась легче тех, что уже с успехом решили его компаньоны. На самом деле ему пришлось не только проделать гораздо больше движений громоздкой кистью, но еще и внимательно следить за тем, чтобы на доске не оставалось ни единого сухого пятачка. Кроя матом не столько автора сей трудоемкой затеи, сколько ваятелей огромной статуи, Серега пыхтел, но мало-помалу подбирался к нижнему краю доски. И вот, намочив последний сухой уголок, он отставил наконец копье и, подбоченившись, отступил на несколько шагов, оценивая результат своего труда. Который, как хотелось надеяться, тоже не окажется напрасным.

Результат на первый взгляд был идеален, вот только свет в храме почему-то ярче не становился. Однако и доска не высыхала, хотя после неудачных опытов с нею все каракули испарялись с ее поверхности довольно быстро. Последнее и не давало художникам окончательно усомниться в том, что они допустили просчет. Разве только в механизме выдачи пакалей случился какой-то сбой, и хорошо, если кратковременный. Но ведь он мог и полностью угробить эту систему, заставив компаньонов куковать в храме черт знает как долго. А что, запросто! Мегалит являл собой очень древнее сооружение, и подобные аварии наверняка могли быть здесь в порядке вещей.

– Кажется, старик, ты и впрямь совершил невозможное, – проговорил Сквозняк через минуту бесплодных ожиданий. – Благодаря тебе и твоим экспериментам даже у «серых» компьютер завис! Что могу на это сказать? Да ты просто запредельно крут! Продолжай в том же духе, авось «серые» в итоге плюнут на такого трудного подопытного и оставят нас со своими играми в покое. Правда, не знаю, что в таком случае ожидает меня: останусь ли я среди живых или вернусь обратно в могилу. Но как бы то ни было, хочу тебе сказать, что…

Серега не договорил. Ему помешали наконец-то зажегшийся яркий свет, а также оглушительный раскатистый треск и удары, от которых пол под ногами компаньонов содрогнулся. Правда, свет вспыхнул слишком уж резко. А треска и ударов в прошлые разы вообще не было, и вряд ли эти звуки сигнализировали о чем-то хорошем. Но тем не менее, когда видимость в храме снова стала нормальной, его стены, потолок и пол по-прежнему были в порядке. Так же как статуи. Все, кроме главной. Сама она тоже не пострадала, но вот ее доска…