Борис Царегородцев - Комфлота Бахирев

– А как же тогда транспорты? Он что, бросит их нам на растерзание?

– Я точно утверждать не буду, бросит он их или нет. А было хотя бы раз такое, чтобы германские корабли прикрыли собой транспортные суда?

– Что-то не припоминаю я такого.

– То-то и оно. Наверняка «Гебен» проводит конвой только до Зонгулдака, а возможно, отважится пройтись до Эрегли и побежит назад прятаться в проливе.

– Ваше превосходительство, но если он проводил караван только до Эрегли, то мы опоздали, и он уже где-то на подходе к проливу. Тогда и Новицкий не успевает перекрыть пролив.

– Подождем до утра, тогда станет известно: ускользнул он от нас или еще в море.

Ночь прошла в нервном напряжении, каждую минуту ожидали появления кораблей противника.

Под утро шторм пошел на убыль, корабли уже не так болтало на волнах, как ночью, да и видимость перед восходом солнца с каждой минутой становилась все более отчетливой. Но впоследствии за восточной частью горизонта, откуда должны появиться корабли противника, стало трудно наблюдать из-за встающего солнца. С рассветом я расширил дистанцию между кораблями, и теперь завеса имела ширину в сорок пять миль. Это значит, что идущий крайним «Дерзкий» находился в шестидесяти пяти милях от берега. Время неумолимо бежало, но море до сих пор было пустынно, и с каждой пройденной милей на душе начали скрести кошки – неужели «Гебен» опять сбежал.

– Ваше превосходительство! – обратился мой адъютант. – Наша служба радиоразведки перехватила интенсивные радиотелеграфные переговоры из района Зонгулдака и Стамбула.

– Удалось что-нибудь расшифровать?

– Только в общих чертах, но и так понятно. Порт Зонгулдака находится под обстрелом, и турки запрашивают помощь у флота.

– Это означает, что Каськов блокировал выход из порта и приступил к его бомбардировке. Но радиограммы от Каськова пока не было, так? И мы не знаем, там или нет «Гебен», – размышлял я вслух.

– От Каськова пока ничего нет, – проговорил Никишин таким тоном, как будто это он виноват, что Каськов молчит.

– А раз Каськов молчит, это значит только одно – «Гебена» в порту нет, – продолжал я свои размышления. – Да, его там нет, и он где-то в море. Но где? «Гебен» на призыв не откликался?

– Молчит, ваше превосходительство, – тут же ответил Никишин.

– Передай разведке – следить за эфиром и, как только все радиограммы расшифруют или откликнется сам «Гебен», сразу доложить.

Корабли завесы малым ходом продвигались курсом на восток, я решил дойти до Эрегли, глянуть на порт, а вдруг там скрывается какая-либо заманчивая цель. Если нет, то развернуться и идти к Босфору. Но Новицкий также молчит, значит, «Гебен» там не появлялся.

– Ваше превосходительство! «Гебен» нашелся, – с радостью в голосе объявил появившийся на мостике начальник радиоразведки оперативной группы лейтенант Квасников.

– Где он? Говори быстрей.

– Только что получили от Каськова кодированный сигнал о местонахождении «Гебена». А также заработала его собственная радиостанция. Из предыдущих переговоров, что мы сумели расшифровать, стало понятно, его заставили вернулся к Зонгулдаку, чтобы отвлечь наши корабли от обстрела судов в порту, которые очень страдают под огнем наших кораблей.

Первым моим порывом было – идти к Зонгулдаку. Но я сразу же отказался от этой идеи. Нет, Сушон долго там не задержится. Немного постреляет и повернет назад, думал я.

– Ваше превосходительство, идем на соединение с Синопским отрядом? – задал вопрос командир линкора каперанг Кузнецов. – Надо помочь адмиралу Каськову.

– Нет, Иван Семенович, мы подождем его тут. С тремя броненосцами «Гебену» не справиться. Да, он вполне может нанести им серьезные повреждения, но и сам может их получить, что уже не раз доказывалось при встрече с ними. Сушон не будет ввязываться в долгую перестрелку, как только получит несколько гостинцев, так и засобирается домой. У него только два пути. Первый – прорваться в Босфор. Другой – идти в один из болгарских портов и где-то там скрыться.

Через сорок минут мы получили сообщение от Каськова, из которого узнали, что после двух попаданий «Гебен» ретировался курсом на норд-вест.

Только по приходе в Севастополь, читая докладную контр-адмирала Каськова, я узнал подробности как самого боя броненосцев с германским линейным крейсером, так и об уничтожении большей части транспортов в порту.

– Итак, господа офицеры, у нас до встречи с «Гебеном» есть как минимум два с половиной часа. Но это если он сразу пойдет к проливу. Но он может пойти и кружным путем. Адмирал Сушон очень осторожный. И уже просчитал, что на одном из выбранных им путей к Босфору его могут поджидать наши корабли.