Андрей Бондаренко - Гвардейская кавалерия

— Безусловно.

— Завидую, — возвращая паспорт, вздохнул таможенник. — Такая женщина. Такая…. Живая легенда, как-никак…. Можете идти, сеньор Буэнвентура. Адиос. И…. Донье Анне передавайте горячий и пламенный привет. От кого? От гватемальской таможенной службы. В полном её составе, понятное дело…

«Интересное кино», — подхватив чемодан, подумал Ник. — «Айна нынче является известной и легендарной персоной? По крайней мере, в Гватемале? И чем же, интересно, она так знаменита? Хм…. В Москве ничего такого не говорили. Наоборот, ограничились весьма скупой информацией, мол: — «На сегодняшний момент супруги Сизых (то бишь, Толедо), являются насквозь мирными и неприметными фермерами средней руки…».

Он покинул здание «зала прилётов», остановил первое попавшееся под руку такси и, устроившись на заднем сиденье, назвал адрес.

— Это же, как я понимаю, где-то рядом с пансионатом «Сервантес»? — трогая автомобиль с места, уточнил сонный шофёр, а получив утвердительный ответ, многозначительно усмехнулся: — Приметный такой райончик, ничего не скажешь…. Чем, интересуетесь, он приметен? А своими беспокойными обитателями — сплошные революционеры, бунтари и заговорщики. Причём, как приезжие — уже выгнанные из своих стран, так и доморощенные. Ну, а между ними, как и полагается, активно бродят-шастают правительственные полицейские агенты и злокозненные американские шпионы. Ну, из этой новой организации…. Как там её величают? Кажется, ЦРУ [13] ЦРУ — Центральное разведывательное управление США, было создано в 1947-ом году после принятия «Закона о национальной безопасности», подписанного Президентом США Гарри Трумэном. ?

— Вполне возможно, — равнодушно пожал плечами Ник. — Я, милейший, политикой не интересуюсь. Совсем. Ну, ни капельки…. Надеюсь, в вашей благословенной Гватемале это не является серьёзным преступлением?

— Скажете тоже, сеньор, — белозубо улыбнулся шофёр, решивший, видимо, на время распрощаться со своей сонливостью. — Преступлением. Ха-ха-ха…. Но, тем не менее, и такой, безусловно, разумный подход может быть смертельно-опасным.

— И чем же?

— Могут усыпить, заспиртовать в большой стеклянной банке и выставить в местном Музее естествознания. Мол: — «Единственный — за последние сто пятьдесят лет — человек в Гватемале, который не интересовался политикой…». Ха-ха-ха…

— Хорошая шутка, — одобрил Ник. — По крайней мере, не затасканная.

— Стараюсь, сеньор…. Вы же, судя по характерному выговору, испанец? Ага, я так и думал…. А по какой нужде прибыли в Гватемалу? Если не секрет, конечно?

— Не секрет. Хочу обсудить с сеньорой Анной Толедо…э-э-э, некоторые коммерческие вопросы.

— Даже так? — искренне восхитился таксист. — Ай, да донья Анна! Ну, и хватка! Ей уже американского рынка сбыта мало? Хочет выйти и на европейский? Вот же, молодец! Срочно надо выдвигать её в гватемальские Президентшы! Срочно и всенепременно! Впрочем, не надо…. Жалко же. Такая красивая и славная женщина. А в нашей беспокойной Латинской Америке, как известно, Президенты долго не живут. Благодаря, в первую очередь, всяким там армейским путчам, спровоцированным подлыми и бесстыжими американцами…. Кстати, сеньор, а у вас глаза светятся как-то по-особому…. Намечается долгожданная встреча с пассией сердечной? Я угадал?

— Вполне возможно, — вздохнул Ник. — Может быть…

Он, действительно, ступая на гватемальскую землю, слегка волновался: недавно всплыла информация, что семейство Виртанен переселилось из северной Финляндии именно в эти тропические края, а после этого светло-голубые глаза Анны-Марии (в обрамлении тёмно-рыжих волос), стали сниться ему всё чаще и чаще. Практически каждую ночь.

— Женщину моей мечты зовут — «Анной». Но это, как легко догадаться, не сеньора Толедо, — уточнил, на всякий случай, Ник.

— Ха-ха-ха! — заржал — племенным жеребцом в самом соку — водитель. — Понятное дело, что другая. Счастливых воздыхателей у доньи Анны Толедо быть не может по определению. В том плане, что высокочтимый дон Алекс кому угодно — при малейшем подозрении — голову оторвёт. Оторвёт и скормит голодным аллигаторам…

Такси, предварительно выпустив пассажира, укатило.

«И ничего особенного», — неторопливо оглядевшись по сторонам, решил Ник. — «Бедненько, но чистенько. Дома, естественно, старинной постройки. Но их стены почти и необшарпанны. Так, только самую малость. И всякой зелени хватает. Даже полноценные газоны с цветочными клумбами присутствуют…. Мол, обитель так называемого «среднего класса»? Очень похоже на то. Только откровенно-небогатого среднего класса…. А данное длинное кирпичное здание, расположившееся в самом конце улицы, и есть, надо думать, знаменитый пансионат «Сервантес». Вернее, известным и знаменитым он станет только через энное количество лет, даже толпы любопытных туристов сюда будут регулярно наведываться. Мол: — «Именно здесь долгое время проживал легендарный Эрнесто Че Гевара…». А сейчас, наоборот, это самый обыкновенный и абсолютно ничем непримечательный пансионат…. Где же здесь дом за номером — «пятнадцать»? Ага, ресторанчик. Чего, впрочем, и следовало ожидать. Сизый, он же всегда был не дурак пожрать. Причём, в любое время суток и практически без ограничений. Половину варёного северного оленя (подчёркиваю, взрослого северного оленя, вместе с печенью и почками), мог запросто умять за один присест, а после этого целую неделю странствовать по дикой чукотской тундре, не испытывая чувства голода…. Сколько же лет мы с ним не виделись? Получается, что уже больше тринадцати. Многовато, честно говоря. Многовато…. Называется же данное заведение непритязательно: — «У капитана Флинта». А на вывеске изображён бравый моряк в полосатой тельняшке и классической бескозырке, чем-то неуловимо похожий на Серёгу Куликова…. Чем конкретно похожий? Во-первых, наглой декадентской физиономией, частично спрятанной за очками с чёрными стёклышками. Во-вторых, вычурной пистолетной кобурой, украшенной цветными перламутровыми вставками и переброшенной — на узком кожаном ремешке — через левое плечо. Ну-ну…».