Игорь Вереснев - Упрямое время

– Это вы его благодарите, он спаситель. Я так, помог немного, – махнул в мою сторону Ковалевский. И, вытащив из кармана брюк часы, заторопился: – О, мне бежать пора. А то автобус без меня уедет.

Он смешно прыгал на одной ноге, стараясь попасть второй в штанину, девочка выпросталась из-под вороха одежды, натягивала на себя футболку, всё ещё мелко дрожа, женщина то принималась благодарить меня, то упрекала дочь за безрассудство. А я смотрел на них и молчал. И ничему не удивлялся. Не осталось у меня сил, чтобы удивляться. Или сегодня день был такой? Странный, непонятный день. И мне понадобится немало времени, чтобы осмыслить случившееся спокойно и трезво. Сейчас не мог, принял, как факт. Я узнал эту женщину, едва она подбежала к нам. Наши жизненные пути уже пересеклись однажды – где-то там, в будущем.

Передо мной стояла Ирина. Похудевшая, помолодевшая на семь лет, – к сожалению, привлекательности ей это не добавило. А значит тощая, стучащая зубами девчонка – та самая Александра, что будет кормить меня борщом, крепко сжимать мои пальцы и предупреждать, чтобы не баловал с её мамой?

Ковалевский натянул штаны, схватил рубашку, убежал догонять свой автобус. Саша тоже оделась, сидела, сжавшись калачиком, а у Ирины иссяк поток благодарностей.

– …Так мы пойдём?

Я встретил взгляд её карих глаз. Робкий взгляд вечно одинокой женщины. Поднялся на ноги, отряхнул прилипшие камешки с плавок.

– Да. Александру согреть нужно, а то вон, зубами марш играет. Вы с жильём определились? На турбазе отдыхаете?

– Определились, – Ирина смутилась отчего-то. – Но мы не отдыхающие. Я библиотекарем на лето устроилась.

– Библиотекарем? Вот здорово! Значит, библиотека скоро работать начнёт? Жду, не дождусь. Кстати, я тоже на турбазе работаю, – добавил, чтобы подбодрить. – Охранником. А Александру давайте я к вам в домик отнесу.

– Ещё чего! – возмутилась девочка. – Что я, маленькая – на руках меня носить?

Она попыталась встать, но тут же пошатнулась. И я, не слушая возражений, подхватил её на руки.

– Маленькая, маленькая, раз не соображаешь, когда можно купаться, а когда нельзя. Что, попробовала? Теперь до конца лета в море не полезешь.

– Почему это не полезу? Я не трусиха. Просто слабачкой оказалась. Тренироваться нужно, мускулы качать, а не только мозги.

Я хмыкнул – правильно девчонка мыслит. Обернулся к Ирине:

– Показывай, куда это чудо нести? И захвати мои вещи, если не трудно. Чтобы мне не возвращаться, а то на смену опаздываю.

Плохо голова соображала, потому и вырвалось – на «ты» к ней обратился, как прежде, как в будущем, когда не только жильё, но и постель делили. Да я чуть по имени её не назвал!

Впрочем, Ирина моей оплошности не заметила. Вернее, не поняла, что это оплошность. Подхватила мои шлёпанцы, джинсы, майку, побежала вперёд.

– Это недалеко. Служебные домики прямо возле проходной.

– А, знаю.

– Как же вы на смену пойдёте? У вас же руки все содраны! И колени. Нужно вам раны обработать.

Я засмеялся, вспомнив, как она лечила меня однажды. Что ж, я бы повторил процедуру… И другое, что случилось между нами через два дня. Воспоминания о том, как мне было неожиданно хорошо, уютно рядом с этой женщиной, накатило и захлестнуло, словно волны, которые топили меня четверть часа назад.

Но вслух я сказал:

– Не стоит, обойдётся всё. На мне как на собаке зарастает.

Эта Ирина оказалась более робкой и застенчивой, чем та, которую я знал позже. Она не решилась сделать шаг, после которого двое становятся одним целым. Или её благодарность ко мне за спасение дочери была так велика, так чиста и искренна, что переплести её с чем-то физиологическим казалось кощунством? Боялась, что приму за попытку расплатиться? И ценила себя слишком низко в качестве платы? Не знаю.

Не знаю, и почему я такой шаг не сделал. Нет, это как раз ясно. Я пытался понять, для чего Время вновь свело наши пути.

С Ириной мы стали друзьями. Близкими, но не настолько, как можно было бы ожидать. Какая-то настороженность оставалась в наших отношениях, недоговорённость. Будто боялась она подвоха с моей стороны. А вот Александра никаких подвохов не боялась, и с ней мы сдружились накрепко. Когда я дежурил, постоянно крутилась возле будки на проходной. В свободные же дни и подавно ни на шаг от меня не отходила. Пока Ирина в библиотеке своей сидела, мы или в горы – ягоды искать, грибы, просто так побродить, – или на пляж. Саша очень хотела плавать научиться. Уметь-то она и так умела, «пляжным брасом». А я учил её по-настоящему плавать, профессионально, от всей души учил. И как же мне хотелось видеть в этой девочке свою дочь! Теперь я понимал, что меня так поразило при первой нашей встрече там, в будущем. Я в её лице черты повзрослевшей Оксаны увидел, вот в чём дело!