Сергей Чехин - Пламенные Сердца. Испытание Веры

И тогда девочка запалила меч. Сталь окутало яркое пламя, лиходей вскрикнул и заслонил лицо предплечьем.

— Ведьма!

Невежда не знал, что жар Пламенного Сердца опасен только для нечисти, а простых смертных нисколечко не обжигает. Этим жаром нельзя зажечь костер или согреться холодной зимой. Он — лишь Свет во Тьме, маяк для заблудших душ, символ надежды. Но, видимо, в сердце лиходея так прочно укоренилось зло, что он испугался клинка как самый настоящий упырь.

Жмурясь и ругаясь, крестьянин пятился, пока не споткнулся о подельника и не покувыркался до первого яруса спиной вперед. Вера тут же рванула вверх по крученой лестнице, добралась до комнаты наставника и закрыла дверь. Для надежности подперла ее тяжелым столом и лишь после этого заглянула под крышку.

Ключа не было.

Глаза девочки широко распахнулись, послышался непроизвольный вздох. Кое-как совладав с накатившей волной леденящего ужаса, она проверила стол еще раз — ничего. Затем осмотрела стул (мало ли, вдруг не так поняла слова Кристана), шкафы, печку, корзину с углем, подоконник — пусто, никаких следов.

А с улицы тем временем доносились вскрики, рычание и глухие удары. Единственное окно выходило на дубраву, Вера никак не могла увидеть из него внутренний двор. Но раз драка все еще продолжается, значит, не все потеряно.

Она направилась к двери, как вдруг та содрогнулась от мощного пинка.

— А ну выходи, не то хуже будет! — рявкнул побитый крестьянин.

— Шкуру спустим! — подхватил подельник.

Дверь наставника выглядела очень крепкой, не в пример остальным, но рано или поздно сломают и ее. Сидеть и ждать развязки нельзя, придется выбираться, но как? Вера высунула голову в окно и посмотрела вниз — там тянулся боевой ход крепостной стены. Если осторожно свеситься на руках, падать останется два человеческих роста — не самая большая и опасная высота.

Сирота дернулась от грохота и скрипа за спиной, сердце пустилось в бешеный пляс. Разбойники ревели как звери, лупя доски ногами со всей мочи. Они не столь хотели выполнить приказ главаря, сколько поквитаться, ведь их, взрослых и сильных, усадил в лужу хрупкий ребенок, да еще и девчонка. Негодяи будут ломиться до победного конца, ибо отступить не позволит гордость. Спесь станет отличным подспорьем — пока дверь держится, Вера может делать что угодно. Например, добраться до двора и помочь товарищу, а дальше… Дальше видно будет. Все равно в комнате Нестора оставаться нельзя.

Девочка выползла из окна ногами вперед и повисла на подоконнике. Из башни высота казалась смехотворной, зато теперь бедняга словно качалась над пропастью. А если неудачно приземлится и подвернет лодыжку? Или того хуже — сломает ногу? А если ударится затылком о каменные зубцы? Так много если, и чем дольше о них думаешь, тем страшнее становится. Но медлить нельзя — Кристан и так каким-то невообразимым образом выстоял столько времени против верзилы Вацлава, и обрекать его на страдания из-за собственной нерешительности? Ну уж нет.

Побелевшие пальцы разжались, под ложечкой словно завертелся вихрь, сознание на миг помутилось. Вера пришла в себя уже лежа на шершавых досках. Встав, она выхватила меч и немедля бросилась к лестнице. Спустившись со стены, рванула к учебной площадке, где на местами буром песке вяло копошились два тела.

Главарь сидел верхом на Кристане и душил его, парнишка из последних сил сопротивлялся, пытаясь ослабить хватку и оттолкнуть поганые лапы подальше от горла. Вацлав, хоть и увлекся сверх меры, все же заметил приближение сироты. Повернув к ней окровавленное лицо, лиходей потерял дар речи.

Девочка горела.

Из глаз цвета расплавленного железа били огненные сполохи, язычки огня плясали на плечах и плаще, волосы превратились в растрепанный ветром факел. Вокруг клинка бушевал самый настоящий пламенный ураган, увлекая за собой нагретый солнцем воздух, закручивая его замысловатыми спиралями и размывая очертания ребенка.

— Мать моя…, - пробормотал Вацлав и распластался на земле, срубленный молодецким ударом кузнеца.

В тот же миг праведный гнев утих.

— Ничего себе, — хрипло произнес Кристан. — Давненько не видел такого…

Выглядел северянин крайне паршиво. Лицо опухло, правый глаз заплыл, из разбитых губ и носа сочилась кровь, на горле алели длинные следы, рубаху и даже кожаную жилетку порвали в клочья. Но отдыхать было рано, и парень, шатаясь и припадая на ушибленное колено, кое-как встал.