Сергей Чехин - Пламенные Сердца. Испытание Веры

Девочка кивнула.

— Вот и умница. Проболтаешься — и мать не вернешь!

Слова ударили Веру словно хлыст. Бедняга вздрогнула, часто заморгала и втянула голову в плечи. Старуха улыбнулась и вернула привычный нежный голосок:

— Не бойся, все будет хорошо. Мы справимся. А теперь я заговорю тебе амулетик.

Черноволосая помощница подала бабке пресловутую дощечку на бечевке с грубо вырезанным знаком. Сжав ее промеж ладоней, ворожея подняла лицо и нараспев понесла какую-то белиберду, покачиваясь из стороны в сторону и громко притопывая. Обряд длился минут пять, после чего старуха встала и повесила побрякушку на шею девочке.

— Три месяца и три дня носи амулет, никому не показывай и не снимай ни при каких обстоятельствах. К сожалению, его сила быстро иссякает, тратится на помощь. Поэтому раз в неделю надо подпитывать. Я бы и рада делать это бесплатно, но бесплатно, значит, бес платит, понимаешь? Да и старость берет свое, к лекарю бегаю чаще, чем до ветру, — бабка улыбнулась собственной шутке, хотя Вере было не до смеха. — Снадобья нынче знаешь какие дорогие? А еда? О-о-о! Так что устраивайся в забой землю черпать, работа черная, тяжелая, но жалование щедрое. Две трети заработанного за неделю будешь отдавать мне. Хочешь же снова обнять мамочку и жить счастливо, а не скитаться по миру как неприкаянный призрак?

Девочка тихо шмыгнула и кивнула.

— Тогда иди, дитя. И помни — ничто не предопределено, все можно исправить.

— Вот тут ты полностью права, карга.

Старуха оцепенела, подручная громко вскрикнула и забилась в угол. Обе так увлеклись запудриванием мозгов ребенка, что не заметили высокую темную фигуру в алом плаще. Аскет вошел в светлицу, держа левую руку на мече, а правой тащил за шкирку извивающегося ужом старосту. Он не стал доставать оружие, прекрасно понимая, что перед ним не ведьмы, а самые обыкновенные мошенницы.

Андрей толкнул мужичка на пол и покачал головой:

— Как же так, Клим? Как ты мог пустить в Подгорный этих лживых змей?

— Виноват! — заверещал толстяк. — Женка заболела страшно, лекари только руками разводили. А тут они явились, пообещали помочь… Хочешь бей, хочешь казни, но Валечке лучше стало! На поправку пошла!

— А если бы не пошла, — гневно произнес странник, — гадины смылись бы под шумок в соседнее село. Там, возможно, повезло бы больше. Как можно опуститься до такого? Крепость под боком, а ты мракобесие разводишь! Сказано ведь в Писании: есть лишь то будущее, что строится нами сегодня. Есть лишь то прошлое, что живет в нашей памяти. Нельзя вернуть былое или повлиять на грядущее какими-то дощечками! Позор, Клим! Позор!

Мужичок не отважился спорить с разъяренным аскетом, зажмурился и заскулил как побитая собака.

— А вы — вон отсюда! Лишь безграничное уважение к старости претит спустить тебя со склона, обманщица! Пошли, пошли! К воеводе поедете, хватит народ дурачить да на разбой вынуждать.

Стоило бабке выйти на улицу, как весь поселок огласил ее слезный вой:

— Помогите, люди добрые! Спасите! Проклятый колдун убивает, жизни лишает! Я ради вас ночами не спала, кровь проливала, не оставьте на гибель верную, люди!

Народ довольно споро откликнулся. Андрей и моргнуть не успел, как его окружила сердитая толпа. Бабы побросали ведра и коромысла, а вот мужики прихватили из шахты кирки да молоты и только и ждали случая пустить их в ход.

— А ну не трогай бабушку! — донеслось из толпы.

— Да, она нам помогает, в отличии от некоторых!

— Руки прочь от целительницы! — взвизгнула женщина с перепачканным землей лицом.

— Целительница?! — громыхнул аскет, перекричав гомонящих селян. — Помогает?! С каких это пор ложь стали называть исцелением, а обирание — помощью?

— А ты докажи, что бабушка врет!

— Да!

— Точно!

— Мечом махать да старух обижать всяк дурак умеет!

— Вот-вот!

— Раз она такая всеведущая прорицательница, — ответил аскет, — видит будущее и меняет прошлое, то пусть прочитает мои мысли! Умеет же ваша бабушка такое, а?

— Умеет, — донеслось из толпы.

— Ага.

— Мои читала.

— Было дело!

— А чтобы не соврать, дайте-ка мне дощечку и уголек.

Пока народ тихо гудел, обсуждая грядущее испытание, парнишка-продавец сбегал домой и принес нужные вещи. Андрей взял их и встал позади мошенниц.

— Сейчас опишу то, о чем буду думать. А старуха пусть угадывает. То есть, предсказывает.

Кто-то хохотнул, но тут же смолк.

— Раз будущее видит, то и написанное на табличке прочитает, даже мысли можно не трогать. Только чур проверять после ее ответа.