Ольга Антер - Грань реального

Пепел, расплывающийся по воде…

Старые, мудрые глаза, ожидающие собственной участи.

Горькая, тянущая жажда от готовых вырваться в этот мир ненасытных существ.

Всхлипнув, Данейин бросилась прочь – к спасительной полоске суши, грубыми лапами взрезающей водное поле. Майды остались недвижимы, глядя ей вслед. На лице Эаная читались лишь понимание и грусть, но вот глаза патриарха сузились в злобной решимости.

Глухой всплеск и приглушенный стон показали, что Дани достигла своей цели.

– Найтир…

Он не рисковал спорить с патриархом. Но нашел в себе силы просить.

– Нет.

– Прошу тебя.

– Ты выполнишь свой долг, старик?

Времени молчать и думать не было, и Эанай склонил голову.

– Да, мой патриарх.

Кивнув, Найтир устремился к острову.

Данейин лежала у самой воды, и, извиваясь, пыталась отползти подальше. Взлететь даже на локоть было для нее давно не по силам. Найтир даже издалека видел, как бурлит изнутри ее чрево, и кое-что ему категорически не понравилось.

Спустя несколько минут песок скрипнул о жесткую чешую ног мужчины, и он решительно поднялся, продавив след аж до самого камня, служащего основой оставшейся после очередного отлива отмели. Где-то неподалеку патриарх уже различал скулящие голоса людей, вызванных Эанаем и покорно явившихся к месту будущей бойни.

У майды вырвался полустон-полувсхлип, когда она увидела приближающегося хищной походкой патриарха. Только-только освободившиеся ноги Дани скользнули по песку, оставляя неглубокие борозды, но подняться она не успела.

– Сколько? – Найтир схватил дочь за плечи, приподнимая над песком. Коготь патриарха разорвал белую чешую, и он, на миг отпустив майду, брезгливо слизнул с пальцев несколько соленых капель. – Ну, сколько? Не врать!

Будь у майда руки свободными, Данейин получила бы пощечину. И она знала это, сжавшись под взглядом отца.

– Т… Трое.

– Мразь! – Найтир отшвырнул майду и брезгливо отряхнул с ладоней несколько серебристых чешуек. – Ты должна была взять кровь шамана!

– Он бы погиб, он стар, у него почти не осталось сил… Я не смогла бы остановиться, а ты бы ничего не сделал, я видела это!

– Что с того?

– Он мне как отец! Он был рядом всю жизнь, он верил и пытался научить меня творению! – выкрикнула Дани, ничуть не заботясь, поймет ли ее нависающее сверху злобное существо с оттопыренными крыльями-плавниками.

– А я?

– Ты… Ты патриарх, а-а!

Майда согнулась в болезненной судороге, и Найтир увидел, как начинают расходиться крупные чешуйки бедренных гребней.

Время почти пришло.

– Ты меня подвела, родная, – майд склонился над изгибающейся дочерью и коснулся ее плеча рукой. – Двое – не тот итог, который меня устроит. Рождаясь, патриарх должен напиться крови такого же, как он сам. Я убил свою сестру, которая могла бы стать моей второй половиной. Больше такой ошибки не повторится. Прости, Дани, все малыши должны выжить.

– Что?

Сквозь застящую глаза пелену боли пробилось одно лишь непонимание.

– Прощай, Дани.

Черное море, едва посеребренное дорожкой одной из лун, вздыбилось, когда патриарх сорвал наложенные шаманом скрепы. Часть силы старика, поглощенная когда-то, послушно пришла на зов своего повелителя.

Пленка натяжения лопнула, словно раздираемая безжалостными когтями человеческая шкура, и волны начали свой разбег, вспениваясь первыми гребнями. Захваченные в плен чуждой стихией, частички воздуха до последнего удерживались на вершинах морских горбов, рассыпаясь невесомой пылью лишь после удара о земную твердь.

Каждая новая волна становилась круче предыдущей, все с большей силой и яростью наскакивая на бастионы рифов, окружающих остров. Очередной вал едва замедлился, перемахнув барьер, и поток воды накрыл съежившуюся между безразличных скал майду.

Над головой в который раз раздалось окрашенное в мрачные, нервирующие тона стрекотание, и Аори с трудом удержалась, чтобы не задрать голову, выискивая огни вертолетов в сгустившейся темноте.

Мэй оказался неглупым парнем и таки вспомнил оговорку сестры. О людях, которых всегда достаточно. И этого, в свою очередь, было достаточно для Эвина и Ланы, нервно переглянувшихся и назначивших поисковую операцию на следующий же день.

Который, кстати, уже давно подошел к концу. Но беспокойство Ланы все усиливалось по мере того, как один за другим отрабатывались условные квадраты, и в них не находили ничего. Известные людям острова были пусты, без каких-либо следов живых существ, но Эвин явственно чувствовал присутствие магии майдов, рассеивающей поисковые заклятия изменяющих.