Илья Рясной - Правила отражений

Эти строки стопятидесятилетней давности принадлежали уроженцу Шизады Никлу Гоглогосу, заслуженно считавшемуся классиком мировой литературы. Поскольку всю свою жизнь он прожил на Альфа-Лире, да ещё отметился вот такими замечаниями, на родине он теперь из классиков разжалован в поганые писучие шмуркали, и вместе с навозом его книгами топят костры на Площади Героев.

Я стоял у окна и смотрел на город. Над ним низко висели тучи, было жарко, душно и противно. Город сжимал меня стальными тисками. И мне казалось, он никогда не отпустит нас.

От тягостных мысли и литературных цитат нас отвлёк Жизнеслав. Он появился с обещанной книгой, которую, по его словам, откопал в пригородном домике, в кипе других вещей, которые с одной стороны и не нужны, но с другой - жалко выбросить.

- Вот! – положил он на стол редкий фолиант.

Издан тот был, как и положено серьёзным книгам в старые времена, солидно – в обложке из кожи, с золотым тиснением. За одно название это произведение можно было спокойно причислять к числу запретных и сжигать на площади Героев вместе с романами Гоглогуса. «Занятные верования сельских малых лирианских народностей на Шизаде». Во-первых, что за занятные верования, когда речь идёт о великих древних истинах?! Во-вторых, что это за малые лирианские народности – это посметь так назвать гордых потомков Протошизады? И в-третьих, что это за плебейство писать «на Шизаде» – это язык проклятых оккупантов. Отныне принято говорить «в Шизаде». В общем, этот труд выглядел неблагонадёжным до безобразия. А тут ещё обложку украшала главная сакральная протошизианская руна. И без искусственного интеллекта можно было прочитать по-русски: «Ну, тупые».

Эта самая руна вроде бы ставила точки над «и». Вот оно, свидетельство палеоконтакта, притом с Землёй и ни с кем другим. Однако данный подход поверхностен. Имелась вероятность, что это просто аналогия - обычные руны случайно связались в подобие надписи. Отрицать такую возможность нельзя. Тем более в мирах-зеркалах, где порой чудесным образом дублируются культурные явления, языки, исторические процессы. Так что же это? Может, сам текст внесёт какую-то ясность?

Я пролистнул пожелтевшие страницы. И процитировал предисловие:

- По молве донёс эти древние мифы до народа легендарный Лех Сказитель… Что это за персонаж?

- Один из многих почитаемых деревенщиной пророков и святых, - объяснил депутат.

- Официально канонизирован?

- Конечно, нет. Народ здесь долгие годы сам назначал своих святых, не спрашивая власть и священников.

- Теперь их назначает «Общество историков», - хмыкнул я.

- Вроде даже иконки были в деревнях с этим Лехом Сказителем, - продолжил Жизнеслав. - Но сейчас их днём с огнём не сыщешь. Много времени прошло. Революция на Лире, иконоборчество, Большая война. В таких катаклизмах предметы истории выживают с большим трудом. Может где и сохранились такие иконки. Но в частных коллекциях и музеях я их не видел.

- А можно попытаться найти? – спросил я. Не так много ниточек было в этой истории, за которые можно тянуть, чтобы раскрутить запутанный клубок мифов и сказаний.

- Хорошо, я узнаю, - пообещал Жизнеслав. - Нам пора в школу. Для приличия хоть лица покрасьте. К детям же идёте.

Ругаясь про себя, я измазал лицо и руки голубой краской. Посмотрел на крашеного Абдулкарима, сплюнул в сердцах. И мы отправились на боевое задание.

Ждавшая нас во дворе новая машина была почти как старая. Та же «Волна» десятой модели, с такими же навороченными противотуманными фарами, так же окрашенная в цвета шизианского флага, и, главное, с точно таким же номерным знаком. Видимо, у «Общества истинных историков» подобных внедорожников целый гараж.

На мосту, откуда открывался широкий вид на Шизополь, Жизнеслав передал нас с рук на руки профессору Хлюмпелю. Тот встретил «экскурсантов» с искренней радостью, переходящей в ликование.

- Школа! – воскликнул он, распахивая дверцу микроавтобуса. - Место, где под резцом умелого мастера алмазы детских душ превращаются в огранённые бриллианты!

- Или в алмазную крошку, - ввернул я замечание, забираясь в уютный салон с мягкими диванчиками.

- Ну не будем пессимистами! Сегодня вы взглянете в чистые детские глаза и проникнете через них в будущее нашего народа! Школа – это вам не ослу уши гладить! Вперёд, друзья, вперёд!

И его микроавтобус, выбросив в атмосферу клуб чёрного дыма и болезненно кашлянув, бодро двинулся вперёд, как всегда грубо попирая правила дорожного движения…