Юрий Москаленко - Неуловимый

— Как я смогу открыть сокровищницу сам? — спросил он прямо.

— Никак. — ответил я. — Сам никак, а вот с помощью нас легко. Но за нашу помощь мы возьмём ровно половину всего, что там находится. Делить, естественно, не сейчас будем, а тогда, когда ты в права вступишь.

И, что тогда, сейчас не пойдём? — расстроенно спросил Шварц.

— Ну, почему же не пойдём. — хмыкнул я.

— Но возьмём, — я посмотрел на него, — с ТВОЕГО разрешения всего ничего. Например, по штучке каждому. И, например, по десять золотом на каждого.

— Тогда уж по сотне. — не согласилась со мной девушка.

Мы вопросительно посмотрели на барона.

— Хорошо! — согласился тот. — Я согласен и обязуюсь приложить все силы, чтобы претендовать на руку и сердце баронессы.

— А чего претендовать? — не поняла ушастая. — Вон она лежит. Сейчас ночь, ложись рядом, а мы подсматривать не будем.

Я хмыкнул. Ну, даёт!

Барон даже в лице переменился.

— Это бесчестно. — тихо проговорил он. — И я сделаю вид, что ничего подобного не слышал, иначе мне придётся вас всех просто убить. — и повернувшись ко мне твёрдо сказал: — Научи своего раба, когда можно открывать рот со своими неприличными и неподобающими предложениями.

Ушастая даже уши прижала. Во-во, совсем распоясалась… Но это уже потом.

— Так что решим? — спросил я.

— Идём посмотрим. А предложение… — барон задумался.

— Мы ведь, надеюсь, всё равно этим же путём возвращаться будем, а потому обязательно надо будет завернуть сюда и официально заявить о своих намерениях по отношению к девушке. А потому и возвращаться мы должны совсем в другом виде… — он посмотрел на меня.

Я хмыкнул под удивлённым взглядом ушастой.

— И с другим статусом! — закончил я за него его мысль.

И снова третий раз за ночь открывается проход в другое измерение. А что это так, мы недавно и сами поняли.

Светляки барона и ушастой осветили всё помещение сокровищницы.

М-да! Разруха, однако. Рвануло реально сильно, да и осколками алтаря всё вокруг побито и посечено.

— Что это? — удивлённо встал посередине входа барон и с изумлением рассматривая произошедший кавардак.

Я хмыкнул.

— Что натворил, то и произошло. — выдал я заранее подготовленную версию. — Ты применил непонятное заклинание, вызвав элементаля. А вот, что дальше тут произошло, одним богам известно. Могу только предположить, что после нашего убытия здесь случился маленький катаклизм. Возможно, оглушенный тобой элементаль пришёл в себя, а потом вошёл в противостояние с энергией алтаря и, как следствие, произошёл взрыв. Хорошо, что хоть пожара не случилось и особого урона нет. Так, вон только несколько стелажей повалено, которые были расположены наиболее близко к эпицентру взрыва, вот и всё. Но времени у нас немного, а нам, как не крути, и выспаться надо, а потому… — я посмотрел на барона и спросил: — С чего начнём?

И такой же вопрос задал ушастой по мысленной связи, добавив при этом, чтобы использовала возможности элементаля, чтобы найти какие-нибудь достойные вещи.

Как мы не спешили, но блуждание по колено в золоте заняло не менее трёх часов.

Вон у двери уже сложена неплохая кучка. Но выбрали мы и правда мелочи.

Золото кругляшами около пятисот монет, но монеты крупные: больше нынешних, которые в ходу, раза в три. Барон выбрал черыре кинжала и отобрал из кучи сваленного оружия четыре меча. Два коротких для нас с ним, один побольше для Коли, а вот один полуторник…

— Цик доволен будет. — сказал Шварц. — Ведь мы его за наше спасение так, по большому счёту, и не отблагодарили.

Не забыла себя и ушастая, нагло забрав два великолепных тонких меча. Парировала претензии барона просто. Это мечи работы эльфов и под нашу руку они никак не подойдут.

Было там ещё много чего, но…

На том практически и закончили. Ну, не считать же добычей три кулона с накопителями, которые мы распределили между собой, а ещё два прихватила незаметно ушастая для Наташи и Коли. Понадобятся им тоже. Тут же видели и приличное количество неизвестных артефактов, но вот только разбираться с ними реально нет времени.

Вот и весь наш улов. По весу и объёму всего ничего… Мы ребятам ещё по ножику отобрали и себя при этом не забыли, а ушастая не удержавшись припрятала под платьем сразу надев на себя два серебряных наруча, прикрыв их манжетами своих длинных рукавов. Вот и всё. Но самым скромным, как оказалось, у нас стал барон. Ведь он всё это богатство уже примеряет на себя и рассматривает как своё, хотя и понимает, что делиться со мной всё-таки придётся. Сгребаем всё в руки и на выход. Из тяжёлого у нас только золото, остальное нормально по весу, не стесняет. Но и барон, однако, постарался. Вон, какую-то безделушку с кулоном в карман припрятал.