Юрий Москаленко - Неуловимый

— Успокоил всех. — между тем, подтолкнув парня по направлению к нам, сказал барон, зажигая под испуганным взглядом мальчугана светляк и поднимая его практически под потолок. Соскучился барон по магии и я его в этом понимаю.

— Там хоть не засветился? — спросил я.

— Я что, больной! Нет, конечно.

— А при этом, — я мотнул головой в сторону паренька, — зачем светишь своими способностями?

— Наглый слишком и неблагодарный. Мы ему, значит, жизнь спасли, а он…

— Что, зубы жмут? — спросил я пацанёнка.

Видно не понял парень, как зубы могут жать! Ну, да ладно. Не правильно я начал этот разговор, а потому вначале осмотреть его надо.

Худой как щепка. Из одежды какие-то грязные рваные обноски, волосы длинные, нечёсанные и грязные.

Я на автомате лупанул по нему вначале исцелением, а потом немного почистил ему одежду бытовым заклинанием, а ушастая добавила к этому какое-то своё заклинание. От чего парнишка вскрикнул и без чувств свалился на каменный пол зала. Мы с бароном в изумлении уставились на ушастую, а та просто пожала плечами и спокойно ответила:

— Метка на нём была. Кому надо, всегда знал, где мальчуган находится.

А потом посмотрела на меня и мысленно сказала:

— Тёмная метка. Меня мама научила определять такую магию, да и врождённое неприятие тёмной стороны искусства тут же начинает давить мне на грудь. Теперь спокойнее, развеяла я её. Очнётся парнишка скоро, да и голодный он слишком.

Мы с бароном опять работаем грузчиками и в итоге у нас на постелях уже три тела отдыхают. Но никого из них, кроме мальчугана, я приводить в чувство не собираюсь. И то, после того как допросим и покормим, Эмма его усыпит.

— Как там наши охранники? — поинтересовался я.

— Ждут с нетерпением свою повелительницу. Пообещал, что с утра увидят её. Я прав?

Я пожал плечами.

— Конечно. — согласился я с таким раскладом. В сокровищницу всё равно надо идти, когда свидетелей ограбления будет как можно меньше.

Эмма вроде уже успокоилась и к жжению у себя на груди привыкла. Что же, а пока…

— Ну, не тяни. Что там…

— Да так, в принципе, ничего. Оказывается светопредставление, что мы устроили, и элементаль со стороны выглядели как настоящее представление, когда маги иллюзий работают. Смотрел я пару раз их выступление, красиво очень. Испугались, но помня про твои предупреждения, лезть к нам побоялись, хотя уже начали готовиться к худшему. Моё появление их успокоило, а вот требование отдать парнишку напрягло. Он ученик гильдии убийц, разведчик. Видно кто-то очень хочет добраться до их сиятельств. Не хотели мне отдавать, пришлось надавить. Ведь, реально, это ты его обнаружил, и по всем законам он тебе теперь принадлежит, пока ты не решишь, что с ним делать. А и правда, что ты задумал? На кой он нам сдался?

Я усмехнулся.

— Коля с девочками уедет, а навоз-то останется! Ты как, насчёт ручками поработать? — спросил его я.

— Ручками-то всегда можно, но не с навозом же. Барон я или нет, в конце концов. Так ты его решил к нам в помощь взять?

— В принципе, да, — не стал отнекиваться я, — но в качестве кого, пока не решил. А раз ты говоришь, что парнишка с гонором, да и специальность он себе выбрал весьма серьёзную, то и не скажу даже как его около нас удержать. Сейчас он нам может, что хочешь наобещать, а по выходу срулит и поминай как звали.

— Но ты ведь что-нибудь придумаешь? — спросил барон. — Да и, в принципе, денег у нас теперь море, наймём кого-нибудь.

— Ты про сокровищницу? — спросил я и дождавшись ответного кивка барона продолжил:

— Не уверен, что мы тут много взять сможем.

— Ну не зря же ты попросил наши мешки сюда принести. — хмыкнул барон.

— А если нас проверять начнут после того как мы отсюда выйдем?

Барон скривил губы, обдумывая моё предположение.

— Не уверен, что кто-нибудь рискнёт осматривать спасителей её милости, но всё может произойти. Но насчёт мешков я всё-таки прав.

Я тоже согласно кивнул. Здорово получилось, хотя специально я о наших вещах не заикался. Это уже инициатива Цика была, который и посоветовал Попу отправить к нам наши вещи. А теперь…

— Ладно, давайте уже устраиваться. — предложил я. Кормим девчонку и пацанёнка, а потом опять отправляем их насильно спать. С пацаном решать завтра с утра будем. Эмма, давай, займись ребятами. Колю из сна не выводи. Прослойкой будет. Корми ребят и усыпляй. У нас ещё на эту ночь самое приятное осталось. Нет, не твоё комиссарское тело. — схохмил я под печальным взглядом барона. Всё-таки ушастая его, да и меня, чего скрывать, своей фигуркой очень волновала, но я своих решений менять не привык.