Иван Константинов - Дорога мертвых

– «Я мог бы солгать вам, предсказатель. Мог бы сфабриковать данные – но вы бы увидели это, и очень скоро. Я знаю, что вы найдете ответ, и не хочу, чтобы вы мешали мне – но и ваша работа мне необходима.»

– «И вы хотите продолжать в том же духе? Мы как две руки одного человека, которые действуют независимо, не зная друг о друге.»

– «Ошибаетесь.» – Иероглиф мигнул. – «Я знаю о вас все.»

– «Тем хуже для меня – я не могу принимать верные решения, располагая только половиной данных.»

– «До сих пор вы не ошибались.»

Иероглиф мигнул снова, словно в пространстве, скрытом за черным экраном, зашевелилось нечто огромное. Клод почти видел это: невидимые нити информационных связей, тянущиеся от ретранслятора к коммутаторам шлюза, бегущие вдоль оболочки станции и уходящие вглубь, в колодцы, заполненные оптическими кабелями, к мириадам сенсоров на внешней обшивке, стрелам антенн и выпуклым башенкам лазеров дальней связи. Сеть, поддающаяся описанию только как математическое множество, слишком большая, чтобы не быть абстракцией, и слишком запутанная, чтобы когда-либо быть изображенной с помощью схем или чертежей, дублирующая саму себя несколько раз. И замкнутая, неспособная расти, сходящаяся в одну, математически ничтожную точку.

Бронированный диск, пробитый несущими стержнями астровычислителей, черный, поглощающий любой свет. Полное отсутствие воздуха, и обычных систем жизнеобеспечения. Ремонтные автоматы, медленно шагающие в пустоте по древней обшивке. Геостационарная орбита, и пустота вокруг – надежнее любых стен. Вакуум, пронизанный потоками информации, утрачивающей здесь свою структуру, и становящейся частью большего.

Частью Конклава. Частью Командора Рихтера.

– «Не ошибался.» – Согласился Клод, чувствуя, как приходят в движение информационные массивы с той стороны, дробятся вероятности, обосновывая каждое его слово. Расчеты показывают, что он выйдет из-под контроля, скорее всего – в результате нервного срыва, вызванного утратой мотивации. Командор ждет этого – значит, нужно оправдать его ожидания:

– «Но боюсь, что в сложившейся ситуации лучшим выходом для меня будет подать прошение о переводе из ВКС. Я не могу и дальше нести ответственность за операции, проводимые вами – тем более, в условиях введения чрезвычайного положения.»

– «Чрезвычайного положения?» – Командор, похоже, рассчитывал услышать нечто другое. – «Вы полагаете, что для него есть повод?»

– «Мной были получены косвенные данные по взлому компьютерной сети «Эвридики», шестьдесят два часа назад. На четыреста секунд был потерян контроль над основными системами жизнеобеспечения, электроникой боксов содержания, и камерами наблюдения. Затем, после скачка напряжения в боксе усиленной секретности, контроль восстановился. Скачок напряжения был вызван разрядом тайзеров, не так ли? Вы разбудили его, и он сломал всю сложную электронику, до которой смог дотянуться. Хорошо, что бокс автоматизирован, и рядом не оказалось ни одного человека.»

– «Вы умеете извлекать информацию, и это я знаю. Гораздо больше меня интересуют ваши выводы… полковник.»

– «Мы на пороге войны. У нас нет технологий, позволяющих объяснить происходящее на поверхности – а это значит, что мы вот-вот потеряем над ней контроль. А если это произойдет…»

– «Смотрите чуть дальше.» – Иероглиф, висящий в виртуальном пространстве, стал ярче, будто налившись кровью. – «Рассчитайте эффективность применения термоядерного оружия в условиях невосприимчивости к радиации и рассеянности населения. Все, что мы сможем сделать в случае конфликта – это уничтожить технологические базы, подорвав собственную жизнеспособность.»

– «Но этому существу, которое мы захватили, не нужна никакая техника.»

– «Что приводит нас к неизбежному выводу – нам не выиграть такую войну. Обычная зачистка поверхности не поможет.»

– «Уровня Второго Глобального конфликта? Мы уже дважды почти полностью уничтожали жизнь на поверхности – но теперь вы говорите мне, что мы проиграем? Командор, вы скрываете информацию, потому что решили сдаться без боя? В этом случае разрешите мне немедленно предоставить вам свое прошение об отставке!»

– «Не переживайте так, предсказатель.» – В пространстве, выбрасывающем сообщения командора Клоду почудился намек на снисходительную улыбку. Его собственное сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот разорвет грудную клетку – и системы диагностики, расположенные в ретрансляторе, без сомнения, готовы были истолковать это. Одна ложь скрывала другую, и он решил пойти еще дальше: