дада дада - Коренной перелом

Я нахожусь там, где обозначилось направление главного германского удара в этой летней кампании и, возможно, это одно из самых опасных мест на советско-германском фронте. Но я сам попросил, чтобы меня отправили сюда, для того чтобы увидеть все своими глазами и рассказать об этом американским читателям. Где-то позади нас за третьим рубежом обороны часто грохочут тяжелые артиллерийские батареи, вступившие в дуэль со своими германскими оппонентами, которые после утреннего разгрома огрызаются крайне вяло и неохотно.

Я видел эту вакханалию огня, которую русские реактивные минометы, именуемые «катюшами» обрушили на немецкие окопы, позиции артиллерийских батарей, места сосредоточения техники и войск. Казалось, что само небо вспыхнуло и рухнуло на землю. От воя и скрежета закладывало уши. Не зря гунны называют эти грозные установки «сталинскими органами» и ужасно их боятся. И этот удар был нанесен по наводке русских высотных разведчиков, от взора которых не укроется ни одна пушка, ни одна машина, танк или самолет. С другой стороны, стоит в небе появиться хотя бы одному немецкому самолету, как тут же, откуда ни возьмись, появляются новейшие русские истребители с носами, выкрашенными в красный цвет, и гуннам приходится делать выбор перед бегством или боем без каких-либо шансов на победу.

Полковник Рендолл, глава нашей военной делегации, которую русские специально пригласили на фронт к началу немецкого наступления, как здесь говорят: «для обмена опытом», сказал мне, что сейчас русские показали умение вести войну по тем правилам, которых раньше придерживались сами гунны. Это, когда одна сторона настолько превосходит другую в техническом оснащении войск и организации боя, что вместо столкновения равных противников получается война белых людей с кровожадными дикарями. Полковник считает, что дядя Джо пригласил американскую военную делегацию сюда для того, чтобы показать нашему Президенту и Конгрессу, что русские надежные партнеры, крепко держащиеся на ногах, и что в них вполне можно делать солидные инвестиции. Показать товар лицом – это так по-американски, что эти парни начинают мне нравиться.

– Все именно так, как вы говорите, мистер Рендолл! – я кивнул полковнику, –Только и вы поймите, что русские способны сражаться и побеждать в куда худших условиях чем сейчас. Я видел это собственными глазами, и наша помощь не так уж для них и важна, как это может казаться.

– Возможно это так, мистер Хемингуэй, – скептически хмыкнул Рендолл, – но на их высотных самолетах-разведчиках стоят наши самые лучшие авиационные моторы фирмы Пратт энд Уитни, и наша замечательная оптика в которую с высоты тридцати тысяч футов можно разглядеть даже бегающую по земле мышь, а их новые истребители оборудованы превосходными американскими рациями. Возможно, что это не так много, но во всех русских успехах есть и наш вклад.

Примечание автора: Насчет моторов полковник Рендолл несколько ошибается. На Ту-2Р стояли высотные версии советского двигателя АШ-82Ф, а американские моторы Р-2800 DoubleWaspбыли предназначены только для дальних тяжелых бомбардировщиков Пе-8. Все остальное же – истинная правда. Оптика и радиооборудование для частей ОСНАЗа поступало по ленд-лизу из США.

В ответ на слова полковника я только молча пожал плечами. Русские платят за победу над Гитлером своей кровью, и такая позиция полковника была уж слишком меркантильной. Совсем недавно наш флот потерпел очередное поражение от японцев и, потеряв Гавайи, откатился к нашему западному побережью. А русские смогли нанести гуннам несколько серьезных поражений, разгромив и уничтожив не менее четырех их армий.

В этот момент, наверное, убедившись в том, что нормальной артподготовки им провести уже не удастся, германские генералы двинули вперед свою главную силу: танки и пехоту. В мой превосходный морской бинокль было хорошо видно, как поле перед немецкими окопами заполнилось серыми коробочками германских танков и бронетранспортеров. Их никак не меньше двух сотен. Но, если бы не утренний артиллерийский удар, их могло бы быть больше, гораздо больше.

А позади танков густой серой волной из окопов поднимается пехота гуннов. Началось! Сопровождающий нас русский офицер спокойно говорит, что тут по позициям всего одной советской стрелковой дивизии наносит удар 24-й моторизованный корпус немцев, полностью восстановленный после зимних поражений, и состоящий из двух танковых одной моторизованной и двух пехотных дивизий усиления, приданных из состава 2-й немецкой армии. Почти пятикратное численное превосходство гуннов.