Влада Ольховская - День, когда умерли драконы

— Правильное — это то, которое угодно вам?

— Которое важно для вас обоих, забудь обо мне. Просто уходи, или мне придется использовать магию посерьезней.

Он знал, что это последнее предупреждение. Уровень сил Аналейры по-прежнему был за гранью его понимания, но он догадывался, на что она способна. Лишить его воздуха, пока он не потеряет сознание, заточить в кристалл, а то и вовсе стереть его память — все это точно его остановит. Поэтому у Кирина оставался последний шанс прорваться вперед.

Вместо того, чтобы снова сорваться с места, он размахнулся и бросил вперед свой меч. Он целился не в Аналейру, она для него по-прежнему не была врагом. Кирин метил в кристаллы, нависающие у нее над головой, знал, что силы удара будет достаточно, чтобы обрушить их на ведьму.

Он не прогадал: осколки, посыпавшиеся на Аналейру, отвлекли ее. Ей пришлось использовать свою силу, чтобы удержать их в воздухе, а Кирин, пользуясь моментом, миновал ее и направился к главному залу пещеры, туда, где сияли кристаллы.

Но уйти далеко он все равно не мог. Сила, подчинявшаяся Аналейре, перехватила его в движении, сжала так, что воздуха в легких почти не осталось, бросила на кристаллы. Падение было болезненным, Кирин пока даже не был уверен, что все его кости выдержали это. Перед глазами на несколько мгновений потемнело, голова кружилась, во рту он чувствовал горький привкус крови. О том, чтобы бодро вскочить на ноги после такого, он не мог даже мечтать.

А ведьма стояла на том же месте и смотрела на него с легким сочувствием.

— Теперь-то ты одумаешься или мне продолжать? — спросила она.

Ответить Кирин не успел — голос Иссы, знакомый до дрожи и сейчас, после долгой тишины, особенно дорогой, ворвался прямо в его сознание.

«Я просила отправить его обратно, а не убить».

Аналейра, похоже, тоже услышала это, потому что она ответила:

— Он не хочет уходить, а я его убеждаю.

«Для кого ты устроила это ярмарочное представление, для него или для меня? Если бы ты хотела остановить его, он бы уже валялся где-нибудь в уголке и не дергался».

— Но ведь это нечестно, — указала ведьма. — Шанс на борьбу нужен всем.

«Ой, при чем тут вообще борьба? Ты знаешь, что я не выношу запах его крови, и умело пользуешься этим!»

— Исса, прекрати это! — вмешался Кирин. — С каких пор тебе нужно прятаться за чьей-то спиной? Хочешь вышвырнуть меня отсюда — сделай это сама!

«Не смешно. Для этого мне придется приблизиться к тебе, и ты получишь то, за чем пришел, — увидишь меня».

— Я пришел не за этим! Я хочу тебя вернуть!

— Она не хочет возвращаться, — сказала Аналейра. — Она недавно к героическому самоубийству готовилась.

— Что?!

«Вот тебе обязательно все растрындеть надо?» — возмутилась Исса.

Он не представлял, что она чувствует сейчас, поэтому и не притворялся, что понимает ее. Дорога у каждого своя, и бесполезно сравнивать одну боль с другой. Кирин просто хотел остаться рядом несмотря ни на что, и ему оставалось только убедить ее в этом.

— Исса, послушай… Если я уйду сейчас, это будет нечестно.

«При чем тут вообще честность?»

Кирину наконец удалось подняться на ноги, и хотя Исса все еще не могла его видеть, ему самому так было легче.

— А она во всем есть, в любви — тем более. Я хочу, чтобы ты доверяла мне. А для этого ты должна увидеть, что я готов остаться с тобой до конца, кем бы ты ни была.

«Это ты сейчас так говоришь. Ты слабо представляешь себе, что я такое».

— Вообще не представляю, — согласился Кирин. — Но ты — это ты. Я верю, что смогу принять тебя любой.

«А я — нет».

— Но ты и не узнаешь, если не подпустишь меня ближе. Даже если ты вернешь человеческий облик и снова будешь рядом со мной, в твоей душе все равно останется сомнение: что было бы, если бы я узнал правду. Поэтому давай покончим с этим сейчас.

«Клеймо исчезло, я больше не читаю твои мысли», — указала она.

— И что? С каких пор тебе нужно клеймо, чтобы понять, что я думаю? Ты сама говорила, что я предсказуемый.

«И то верно… Что ж, в чем-то ты прав. Давай попробуем. Но если что — это была твоя идея».

Аналейра все это время слушала их молча, она и не пыталась вклиниться в их разговор. Кирин подозревал, что она с самого начала подводила их обоих именно к этому. А может, проверяла его… или все сразу.

Теперь она не собиралась стоять у него на пути, только предупредила:

— Она и правда почувствует твои эмоции. В этом теле к ней вернулись прежние способности, одно мгновение страха — и она тебе этого никогда не простит.