— Мой прадед воевал в этом отряде, — с гордостью поведала Катя.
— Так вы правнучка красного партизана?
— Именно так, — с достоинством улыбалась Катя. — А сейчас у нас тут совхоз, передовое животноводческое хозяйство. Нашим мясом и молоком снабжается и Устье, и все рабочие посёлки и рудники в округе. У меня и отец и мать животноводы. А вам понравилось наше село?
Володя, услышав про родителей Кати, удивился — по её внешности и непоколебимой вере касательно поступления в университет, он бы скорее поверил, что она дочь директора совхоза, имеющего вес и связи. Однако последний вопрос тут же переключил его мысли.
— Понравилось?… Не то чтобы… — он опасался ненароком обидеть Катю, своим негативным отношением к достатку захаровцев. — Скажите, а сколько примерно у вас на селе частных машин?
— Ой, много, наверное, в каждом четвёртом-пятом дворе машина или мотоцикл. Отец тоже купить собирался, да водить учиться не хочет.
Разговор продолжался в уютной беседке в парке за Домом Культуры, откуда уже не доносилась музыка. Танцы закончились, но зато на освещённой площадке перед ним вовсю горланила и перекликалась молодёжь.
— Ого, — присвистнул Володя, — богато живёте!
— А у вас разве не так? Кстати, откуда вы родом?
— С Калининской области. Так вот там у нас личных машин, если одна на сорок дворов будет, то это хорошо, да и то только у начальства, редкий рядовой колхозник и мотоцикл имеет.
— У вас там, наверное, климат плохой… или земля?… — предположила удивлённая Катя.
— Нормальная земля и климат тоже, сыровато правда, зато засух как у вас не бывает, леса кругом, грибы, ягоды… вёдрами заготавливаем. В огородах картошка в два кулака без удобрений вырастает, капуста с бычью голову, морковь, горох — всё растёт. Животноводство говорите у вас? Да разве здесь трава для скотины, вот на наших лугах трава так трава. Вот пшеница у нас плохо родит, зато рожь, лён, … — Володя, забывшись, говорил с азартом, злостью.
— А почему же тогда живёте бедно? — всё более изумлялась Катя.
— Не знаю! — Володя осёкся, стал оглядываться, испугавшись, что слишком повысил голос, и их могут услышать, но в полутьме парка никого не было видно, и он успокоился. — Только мне кажется, надо сначала разобраться, почему тут у вас так хорошо живут, чудеса какие-то.
— Почему… никаких чудес, у нас тут знаете, как работают.
— Да везде работают… поверьте, везде одно и то же, в страду от темна до темна, и пьют также, не больше и не меньше. Только у нас в деревнях избы покосившиеся и ремонтировать не на что, крыши дранкой крыты… Вы знаете, что такое дранка?… Это такая щепа из дерева. Только у председателя дом железом крыт. А у вас тут у всех железо или черепица, асфальт, дома как игрушки новые сверкают, газ, электричество.
— А у вас разве электричества нет? — даже в полумраке беседки было видно, что Катя удивлённо округлила свои и без того большие глаза.
— Представьте, не во всех деревнях, а если и есть то только с осени включают и до весны, что такое газ, даже понятия не имеют… У нас там, между прочим, не самое плохое положение. Я тут в командировках помотался. В Сибири я видел даже соломенные крыши, хлеба вдоволь не едят… Прошлый год на полигон в Читу ездили, люди на «Транссиб» выходят, голодные, тушёнку у солдат выпрашивают. У нас то ещё что, хоть еды вдоволь, а за промтоварами раз в год и в Москву сгонять можно, от нас двести километров по прямой.
— Никогда бы не подумала, что у нас в стране…
— Работают, говорите, — перебил её Володя, — В нашей деревне девчата с двенадцати лет коров доят и своих и колхозных, в каникулы подрабатывают, когда доярок не хватает, и лён теребят, — он непроизвольно бросил взгляд на невидимые сейчас, нежные ладошки Кати, явно не знавшие, что такое коровье вымя, — Я сам пацаном летом овец пасти подряжался… С того у нас оттуда молодёжь вся разбегается, с детства хлева нанюхавшись… я вот в училище, другие вербуются кто куда. У вас тут гляжу жить можно, не разбегаются.
— А у нас дома вообще никакой скотины нет, — как будто с некоторым сожалением поведала Катя, — мама молоко с работы приносит, отец мясо. Мама так и говорит, хватит и того, что мы с отцом всю жизнь на скотнике провозились, а вот вы, то есть я и брат, так жить не должны, — сама того не ведая, она объяснила Володе, как ей удалось, живя в селе, выглядеть как барышня.
— Значит у вас так можно, скотину не держать, а у нас нет, с голоду помрёшь, в колхозе не то, что молока с мясом, дранки поганой крышу починить не дадут…
Читать дальше