Дмитрий Родин - Князь Барбашев

Так же поступили и с тыном, окружавшем двор. Плотники простучали чуть ли не каждое брёвнышко, меняя те, что казались "уставшими". Заодно прорезали и вторые ворота, дабы гружёные повозки проезжая к амбарам не мозолили глаза хозяину с домочадцами.

А затем пришёл черёд зодчего. Потому как дом свой князь собирался строить из кирпича. Впрочем, каменным строением в нынешней Москве никого не удивишь. Мода на подобное постепенно проникала в среду русской знати и богатого купечества. И примером тут служил сам государь, чьи каменные хоромы отстроили совсем недавно. Правда, многие предпочитали этакий своеобразный эрзац, когда первый этаж был из кирпича, а второй из дерева, ведь русский люд был искренне убеждён, что в деревянных домах жить здоровее. Ну и Андрей, кстати, собирался сотворить тоже нечто подобное.

Ещё по зиме они с зодчим долго колдовали над проектом, испортив не один бумажный лист, пока не получилось что-то удовлетворившее эстета-попаданца. Это что-то было классическим русским домом, в котором полуподвал (называемый подклетью) и первый этаж планировалось возводить из кирпича, а второй из брёвен.

Подклеты планировались как жилые, так и глухие. Для прислуги и для кладовых.

В общем, получилось красиво, уютно и... накладно. Княжеский бюджет трещал, как тот знаменитый тришкин кафтан, а остановить хоть один проект мешала ложно понятая гордость. Нет, родная церковь никогда не откажет в займе, но хотелось справиться со всем самому, так что вся палангская добыча ушла сразу, не задержавшись ни одной лишней минуты. Лишь громко взбрыкнуло зелёное земноводное, когда этот купеческий гад - Юрка Урвихвост - озвучил цены на янтарь бытовавшие на стамбульском рынке. Как говорится, оцените разницу и почувствуйте себя ослом. По сравнению с Любеком, он мог удвоить, а то и утроить сумму. И ведь ничего не мешало справиться об этом заранее. Хотя нет, мешало: инертность мышления и вбитый с детства европоцентризм восприятия. В приключенческих книгах часто описывались янтарные чётки и крестики монахов-католиков, да и фраза "орден снабжал янтарём всю Европу" буквально впечаталась в память. Вот и попёрся не думая. Что ж, в следующий раз умнее будет.

Но вернёмся к дому.

Обычно его ставили в глубине двора. А уже за ним располагались постройки для скота, а ещё дальше - сад и огород. Тут Андрей не стал изобретать велосипед, а просто указал разбить двор на три части: чистую, где стоял бы сам господский дом; хозяйственную, где планировалось разместить хлева, конюшни, амбары, сараи, сеновалы, погреба, ледники и колодцы; и садовую. Все они должны были быть отделены друг от друга дополнительными внутренними заборами с калитками для прохода и проезда.

Когда всё было размечено, пришло время разбивать место под сам дом. Но прежде чем его ставить, холопы принялись ладить сливную канализацию, по тому же принципу, что и в ставших давно уже родными Бережичах. Потому как не дело это, горшками пользоваться. Правда и бегать вечно на первый этаж тоже не дело, можно ведь и не успеть, а потому пришлось помудрить с трубами и вентиляцией. А заодно и баком на чердаке, воду в который предстояло закачивать простым поршневым насосом.

В общем, дел по строительству было много, и Андрей с большим удовольствием сплавил их все на послужильца. А сам занялся другими, не менее животрепещущими вопросами.

Для начала он навестил братца Федю, практически безвылазно живущему в своей вотчине. Быстро редеющая казна навела его на правильную мысль не тратиться лишний раз. Зачем покупать новую деревеньку, если у братьев есть куча земель? Уж где поставить бумажную мельницу точно найдётся. А от лишнего дохода никто не откажется.

Брат к предложению отнёсся более чем благосклонно. После того, как камская авантюра и векселя торговой компании принесли вотчинному сидельцу изрядный доход, он готов был без всяких расспросов вкладываться в андреевы идеи. Тем более что многого от него и не требовалось. С постройкой мельницы даже тянуть не стали, благо мастера Андрей сразу с собой привёз. Немцу в помощь дали послужильца, с которым он и отправился строить первую на Руси бумажную фабрику.

А Андрей, погостив с недельку и потренировав тёзку-племянника владению саблей, двинулся дальше.

Бережичи встретили его градом проблем. Больше всего бесился Герман, который никак не мог понять, почему крестьяне вовсе не желают перенимать удачный опыт и пытаются всё делать по старинке. Ведь технологии травосеяния здорово улучшали плодородность барских полей. Но нет, вредные мужики упорно держались за старину. Хотя стоит признаться, не все. Яким, заключивший отдельный ряд с князем, честно старался освоить новое.