Ныне же оставим братца воеводой, а сами поспешим в Бережичи. Давненько там не бывал, пора и показать, кто истинный владелец вотчины.
* * *
О том, что сестра засиделась в девках, Яким начал волноваться ещё в прошлом году, едва Василисе шестнадцать стукнуло. Нет, женихи-то были, как без того. Только не выдавать же её за первого встречного. Хотелось-то пристроить в семью с достатком, да вольную, а в Бережичах, почитай одни холопы и жили.
С той поры, как заключил Яким ряд с князем, жизнь его пошла по восходящей. С новыми способами хозяйствования поначалу мало что получалось, но в последние годы он, вроде, приноровился к ним, хватка появилась, и понял он, чего для работы надобно было. Вот только главного, навозу, так и не хватало. Хоть коровёнка их, полетовав в стаде и принесла приплод, но и с двух коров и конька всё одно на поля недоставало. Однако, выполняя все наказы, стал он замечать, что с годами поля начали приносить хлеба больше, чем раньше было. Конечно, до тех урожаев, как на перелоге, было ещё расти и расти, но, не смотря на частые недороды, жевать одну лебеду они стали куда меньше. А чаще своего зерна стало до нового урожая хватать.
Тут, правда, выявилось, что заготовка семян того же клевера или донника очень трудозатратна. Даже без отбора лучших семян. Но приноровился, да и жена с сестрой тут вполне себе помощницы.
В общем, жизнь наладилась. Да ещё жена сразу двойню принесла. Ныне вон ползают малютки: одного Агафоном крестили, другого Феоктистом. Сыновья! Через пяток лет в помощники выйдут.
Да, а вот сестре всё никак пару не сыскать. Может и вправду в дальних деревнях посмотреть. А то ведь сдурит девка, так и позору не оберёшься.
Но вот по осени появился в деревне Олекса, где-то пропадавший последние четыре года. Парень явно заматерел, а разодет был - не каждый окрестный дворянин так оденется. Явно приподнялся на княжеской службе. Но не зазнался. При встрече обрадованно стиснул в объятиях, расспросил как жизнь, как семья поживает, мать, сестра, жена. Поздравил с первенцами, пообещав в иной раз с подарком для малюток прийти. И верно, зашёл, как обещался. Посидели они за столом, повспоминали былое, а потом, как ушат на голову, вывалил Олекса новость, что желает сватов заслать к Василисе. Уж огорошил, так огорошил. И ведь всем жених хорош: молод, пригож, статен и богат. А что увезёт с собой, так то известное дело бабье: за мужем ехать. Не долго думал Яким, махнул рукой, соглашаясь.
Но лишь вечером "обрадовал" сестру известием. Ух, как та зыркнула. А то Яким не знает, что ей Миколка-холоп приглянулся. Вот только не холопу о вольной мечтать. Переживёт сестра разлуку, а там, глядишь, стерпится - слюбится. Он ведь не только брат, он ещё и глава семьи и должен заботиться обо всех. В ихнем-то уголке лучшей пары для сестры и не сыщешь.
А потом было сватовство, а как князь из похода вернулся, и свадебка.
Сидя на почётном месте, Андрей уловил момент и вполголоса бросил счастливому жениху:
- А я думал, ты на купчихе какой женишься.
- Прости, княже, но и ты не на княгине-боярыне женился, - усмехнулся в ответ Олекса. - Я её ещё тогда, девчонкой босоногой приметил. Знаю, что не люб ей пока, но не отдам её никому.
Князь хлопнул послужильца по спине:
- Ох и намаешься. Ну да твоё дело. Главное помни: тут силком да наскоком дел не справишь. А, да ну тебя к лешему, мы на свадьбе или где? Наливай, давай, гулять так гулять.
О чём думала сама невеста, знали только она да, возможно, её мать, Млада. На дворе стоял шестнадцатый век, и спрашивать желания у женщин, было мало принято в обществе. Считалось, что старшие лучше понимают, что нужно им для счастья. Недаром и до 21 века доживёт поговорка "стерпится-слюбится". Мудрость веков, однако.
Знатно погуляв на свадьбе и навтыкав всем и вся, чтоб не забывали, кто тут хозяин, Андрей поспешил в Княжгородок где его ждала разродившаяся первенцем жена и куча дел. Если он собирался поменять что-то в распределении сил на Балтике, то следующий год обещал стать очень богатым на события. А у него ещё столько недоделано, что иной раз руки опускались, как представлял, что ещё нужно совершить....