Александр Андреев - Главное - воля!

Дмитрий Иванович коротко рекомендовал профессора Жуковского Её Величеству, с деловым видом восседавшему за изображавшим перекладину буквы "Т" огромным письменным столом, что-то черкая в каком-то докладе. В ответ императрица коротко кивнула и сразу же перешла к делу.

Обещанный Менделееву "большой проект" был детищем очередного ночного озарения. Елка, детально, не то что построчно, а прямо-таки побуквенно изучая все прочитанные, пролистанные или хотя бы мельком виденные книги по истории покорения воздуха, быстро поняла, что одному командиру Учебного Воздухоплавательного Парка, при всех его талантах и способностях, в одиночку повторить труд хотя бы одних только братьев Райт и графа Цеппелина потянуть не светит.

Прежде всего потому, что это и не входит в его задачу: по должности Александру Матвеевичу положено готовить воздухоплавателей и персонал для обслуживания воздухоплавательной техники. Поскольку АУЦ будет изображать из себя не только учебный, но ещё и исследовательский институт — шампунь и кондиционер в одном флаконе — постольку будут расширены и функции УВП. В этих же пределах. То есть его задачей станет изучение тактики и техники применения воздухоплавательных судов для военных нужд.

ТОЛЬКО!

Нагружать его вдобавок ещё и всеми задачами по созданию технологий, требующихся для постройки дирижаблей и самолетов… Это, в конце концов, просто бесчеловечно! У господина полковника и своих задач выше крыши — так вьючить на него ещё механику в целях моторостроения, химию в целях пропитки обшивки и создания ракетных двигателей, аэродинамику в целях общей теории построения летательных аппаратов тяжелее воздуха… А значит, нужно найти таких людей, которые могли бы освободить полковника Кованько от не свойственных его должности обязанностей.

Николай Егорович Жуковский, известный Елке по городу в Московской области и ЛИИ своего имени (первоначально — институт инженеров Красного воздушного флота, с 1922 года — Военно-воздушная инженерная академия им. Н. Е. Жуковского), который окончил когда-то один из друзей её Ветерана, был наилучшей кандидатурой. Вдобавок, его рекомендовал лично Менделеев — имя в научных кругах более чем значительное. Магистерскую диссертацию защитил по теме "Кинематика жидкого тела", докторскую — "О прочности движения"…

И к тому же, по отзывам и Менделеева, и некоторых других, отличный педагог.

Словом, на должность руководителя проекта "Полет" кандидат просто идеален.

Замысел Её Величества погрузил Николая Егоровича в благоговейное молчание. Да и Менделеев также был немало удивлен. Обсуждая с императрицей тот или иной вопрос, он, конечно, помнил, с КЕМ беседует…

Когда его не отвлекали её поразительные, фантастические идеи. Александра Федоровна блистала перлами ума с такой же легкостью, с какой иные светские красавицы блистали глубокими вырезами бальных платьев…

Но даже и в такие минуты, обсуждая поточный способ производства или там влияние отличий российского климата и географии на себестоимость российских товаров, он и не предполагал встретить в женщине такую бездну предприимчивости.

Всего за четыре дня она смогла создать буквально из ничего целое акционерное общество — "Российское О-во Воздухоплавательных Сообщений", предназначенное для строительства и эксплуатации воздухоплавательных судов. Более того: она смогла раздобыть для этого общества кредит в пятьсот тысяч рублей — и это только на "экспериментальные нужды и первичное освоение"! — найти инженера, готового выполнить проект завода, и приобрести в Москве участок под строительство!

Причем и землю, и само строительство оплачивал Кабинет Его Величества!

То, что завод предполагалось строить механический, ученые вначале списали просто на женскую бестолковость…

О, как они ошиблись!

Попытка разъяснить недоразумение, мягко указав на то, что для воздухоплавательных судов механического завода строить совсем не нужно, а требуется в первую очередь химическое предприятие — поскольку нужнейшими вещами для воздухоплавания являются летучий газ, который, собственно, и подъемлет аппарат, и оболочка для судна, оного газа не пропускающая…

С каждым словом, наперебой изрекаемым переполненными научным апломбом профессорами, ошарашенными прозвучавшей цифрой — нет, даже ЦИФРОЙ — температура в комнате падала градусов на десять.