Анна Морецкая - Багеры

«— Вот ведь, веселятся два придурка! А между тем, Тэнк и его второй боец серьезны, как никогда. Что-то там задумали…», — изводилась я, глядя на них. Но, тем не менее, «лезть» со своими чисто женскими эмоциями и видением ситуации в голову Гарри перед самым боем все-таки остереглась.

Но, в общем-то, мои переживания и в этот раз оказались не у дел.

Второй камир Тэнка был, конечно, более осторожен, чем первый, и с наскока достать Гарри не пытался. Он, если честно, в принципе производил впечатление парня обстоятельного и опасливого. Он кружил, кружил… кружил вокруг орка, не подходя к нему близко, пока с трибун не засвистели и не заулюлюкали, вынуждая его вступить в бой.

А что Гарик? Да ничего — поворачивался, поворачивался и поворачивался, не выпуская противника из виду, но сам как-то особо не напрягался. Он даже руки опустил из защитной позиции. И потому первый удар пропустил.

Или просто я так подумала, не понимая его тактики. Потому как мой орк дал себя ударить не один раз, но при этом, смотрел на противника сверху спокойно и укоризненно, как на хулиганившего ребенка, совершенно не блокируя его летящих в торс кулаков.

Я не удержалась и чуть увеличила экран Гарри на своем интерфейсе, чтоб одним глазком взглянуть на показатель здоровья. Шкала спокойно краснела наполненностью и ронять ее совершенно не собиралась. Собственно, именно в тот момент мне и стало понятно, что я чего-то не понимаю, а все мое волнение это чисто девичье-нервическое и к реальному течению боя отношения не имеющее.

И, правда. Дав себя ударить с десяток раз, наверное на потеху засидевшейся публике, орк молниеносно накрыл голову камира ладонью и… придержал. Для чего? Да для того, чтоб та не отскочила вверх, когда его колено впечатается в подбородок противника. А поскольку тот был и ростом ниже, и скакал на полусогнутых, то и орковой коленке высоко лететь не пришлось. Звонко клацнули зубы, и хруст раздался такой, что, по крайней мере, я, сидящая в первом ряду, эти звуки услышала отчетливо. Тут же под ноги Гарри упал шматок чего-то красного, а сам противник, подкатив глаза, начал валиться рядом.

Пока я соображала, что шматок, это не иначе, как кусок языка камира, а потом, как следствие, второй мыслью недоумевала, зачем этот придурок рот держал открытым во время боя, и в завершении, сама же ему оправдание нашла — типа, он запыхался уже скакать кругами, все и закончилось. Распластанный возле ног орка камир затих постепенно, перестав плеваться кровью, а потом и вовсе пропал с ринга. Вместе со своим откушенным языком.

Значит и его Гарик уходил до «смерти»…

Я так и не поняла, толи от самого удара «скончался» наш противник, толи захлебнулся собственной кровью, лежа на спине да в обмороке, потому, как и сама была близка к отключке сознания. А то! Я девушка нежная, эмоционально хрупкая, а тут такие зверства свершились, считай моими руками! Да блин, быстро-то как, опять!

Я в ужасе только и успела ткнуть пальцем в Гарика и воскликнуть:

— Меня там не было! Это он сам!

Впрочем, заткнулась я сразу, осознав, что говорю что-то не то. Но вот понимание того, что с «Личностью» я что-то перегнула в ожидании боя, накрыло меня основательно, и перепуганная трепетность моей души запустила слезы.

— Энджи, что ты говоришь? При чем здесь ты?! Если тебя это так нервирует, не смотри туда просто! Но Гарри делает все правильно! Так их! — восторженно вопил Джон.

— Эйс тоже молодец! Такую программку ему забабахал, что орк умудрился всего за сутки прокачаться настолько, что эти к нему и подступиться не могут! — не менее шумно поддержал произошедший кошмар Кир.

А трибуны, казалось, тряслись и ходили ходуном под ногами беснующейся в восторге публики.

— Да, Энджи, все в норме. Не плачь. Вот, выпей водички, — протянул мне бутылку с минералкой Алекс. — Ты же не хочешь, чтоб на месте камиров Тэнка оказался наш Гарри?

— Нет! — затрясла я головой, боясь даже представить, что бы со мной было, если б это мой орк умирал там, в клетке, корчась в судорогах и захлебываясь кровью.

Кстати, а что бы со мной было? Бр-р!

— Во-от! А тут так, ты же знаешь, или Гарри их, или они его! Так что крепись. Остался всего один бой.

Угу, один. Вон с тем камиром, которого в этот момент объявляли, и который шел к клетке с уверенно-спокойным видом. При этом он, в отличие от предыдущих двух, в рот Тэнку не заглядывал, да и, похоже, даже не слушал его. Это настораживало.

Он выглядел старше первых двух мальчиков и казался более опытным. А это могло означать, что и в жизни этот игрок весьма уверен в себе, раз не нацепил на своего аватара лицо смазливого мальчика, а не комплекснув, придал ему облик битого жизнью «бойцовского пса». Крепкого такого, некрасивого, но весьма устрашающего в своих шрамах и татуировках.