Анна Морецкая - Драфт. Часть первая - build

Когда они в первый раз столкнулись, конечно же в баре, куда Кэти забежала в день переезда выпить чашечку кофе, то оба поняли, что, как бы это не было удивительно, но они необычайно похожи и близки по своей сути, то есть по тому толи дару, толи ущербности, как они оба свои особенности периодически ощущали.

Нет, Джо слышать эмоции окружающих не мог, и уж тем более, как Кэти, влиять на некоторые их помыслы и действия тем более. Его персональную странность можно было скорее назвать обостренной и весьма результативной, в силу попадания в цель, интуицией. Она, его особенность, не была с мужчиной постоянно, как изматывающий и вынуждающий с ним ежеминутно считаться дар девушки, а накатывала внезапно — озарением, предупреждая, подсказывая, а иногда и одергивая.

Но, как бы то ни было, они встретились. С подачи ли его всколыхнувшейся интуиции, указавшей на вошедшую в бар девушку, как на удачный случай в жизни. Или возможно с подсказки дара Кэти, ощутившего в громадном чернокожем мужчине нечто такое, что не тревожило и не отпугивало, несмотря на довольно напрягающую в своей угрозе внешность.

Почему между ними не возникло физического влечения при такой эмпатической близости? Кто знает? Возможно потому, что в то время, разбираясь с ворохом новых и не всегда положительных впечатлений, Кэти в принципе не была готова к таким отношениям? А у мужчины в этот момент жизни, как раз все было уже устроено, гладко и по сердцу? Но вот отношения в стиле доброго старого дядюшки и его любимой племянницы, исходя из данных обстоятельств, у них сложились вполне органично.

Глядя издалека на расположение диванчика, становилось понятно, что подразумевается, что на нем будут сидеть двое. Но вот Джо, как всегда, расположился на нем один. Кэти, когда видела, как тот устраивается на мягком, но весьма ограниченном пространстве, всегда хотелось его пожалеть. А разве не заслуживает сочувствия то, когда хозяин заведения вынужден подбирать мебель, сообразуясь с веянием моды, а совсем не с собственными габаритами и запросами?

Мужчина действительно был крупным — метра за два ростом, широк в плечах и увит мышцами. Добавьте к этому брейды до лопаток, привычку в задумчивости сжимать и разжимать кулаки, которые размером чуть меньше его же головы, и славу ужасного и непобедимого Черного Гризли, о которой еще многие помнили. И вот перед вами громила, внимания которого лучше не привлекать и от дела по пустякам не отрывать.

Да, в общем-то, все так и было… но только с виду. Уж Кэтрин знала точно, что под такой устрашающей внешностью скрывается очень разумный, спокойный и мирный по натуре человек. Он был терпелив и мил с женщинами, притом со всеми без исключения, а не только со своими — женой Мадлен, матерью, сестрами, ну, и с ней, приблудной племянницей. Он был внимателен и заботлив с друзьями, даже с теми, общение с которыми можно было считать проблемным. Да он в принципе был терпим ко всем людям без исключения и, что немаловажно, к их слабостям! Хотя и не терял критичности взгляда при общении с ними.

— Привет, Джо. Прохлаждаешься? Оливер опять все бразды правления забрал в свои руки? — спросила, смеясь, девушка, подходя со спины к сидящему мужчине.

Тот обернулся, улыбнулся в ответ и способное устрашить в своей задумчивости лицо, сразу стало симпатичным и приятным:

— Здравствуй-здравствуй, красавица! Ага, сегодня с утра в режиме Наполеона живем. Ты-то, как сама? Как с девочками посидела?

— Да, нормально… — протянула Кэти, опять припомнив тоскливую атмосферу встречи.

— А что так кисло? — поинтересовался Джо, сразу уловив явно не оптимистическую интонацию в ее голосе. — Садись. Рассказывай, что там у вас произошло.

С девочками лично он был едва знаком, будучи просто представленным им во время одного из празднований дня рождения Кэти, которое она организовывала в их с приятелем ресторане. Но вот со слов девушки он знал о них побольше.

А не успела Кэтрин присесть на противоположный диванчик, как из дверей бара вышел официант, неся на подносе высокий бокал с посыпанной шоколадом пышной пенкой. Когда уж Джо успел заказать для нее капучино, было непонятно, но вот рассказывать, что не так было на встрече, теперь придется точно.

Вздохнув и хлебнув кофе, Кэти, как послушная девочка, пересказала «любимому дядюшке» все, о чем они с подругами беседовали за обедом. Единственное о чем она не стала говорить, это о непонятной многолетней влюбленности Энджи в странного не вылезающего из вирта мужчину. Это была не ее тема и не ей поднимать такую в разговоре с незнакомыми подруге людьми.