Алексей Рагорин - Ракетчики

Даже старые праздники обрели новый вид. Например, Пасху Животвор переделал. Теперь яйца положено разрисовывать рунами и специальными астрономическими знаками. Пасха, сам хлеб, в виде уда, и яйца, не едятся, а стоят в красном углу целый год. Извините, лето. Потом их выносят в ближайший лес. Дата привязана к Юпитеру. А христиане, выходит, празднуют Пейсах еврейский по плавающей дате. Воскрешение человека в разные даты! Абсурд. Целые столетия никто этот абсурд не замечал или не обсуждал.

Не могу сказать, что я против. Мне нравятся эти изменения. Праздники стали более настоящими, что ли. Молодёжи стало где знакомиться. В нормальных условиях. Вместо позднесоветских дискотек — массовые гуляния. Это правильно, просто… Молодые втянулись легко. А я до сих пор не привык. Приходится себя заставлять активничать в самодеятельности. Мне бы дома посидеть, спаять что-нибудь, а мягкое давление Корибута не велит дома отсиживаться, отрываться от народа. Вроде Корибут никого не заставляет петь на праздники, но… Не хочется своими руками снижать свой рейтинг. На него завязана вся жизнь. В старые времена никто в здравом уме свои деньги же не сжигал? И совесть подсказывает, что правильно на нас Корибут давит. Нельзя от праздников откупаться формальными подарками. Не хочешь быть с народом — так и запишем. И не жалуйся потом. А ведь, и правда, при Ельцине фашисты могли устраивать свои мероприятия в Москве! Разве это нормально?! Лучше уж я стишки и песенки поучу. Камеры не спят, видят поступки, операторы и программы считают очки. В конце концов, в школе и большие стихи учил. Как вспомню гадость какую, типа Маяковского — так вздрогну. «Я достаю из широких штанин…» Фу, гадость! Память, всё же, не та, что в детстве. Хуже. Хуже стишок учится. Но надо. Мой же ребёнок.» Мысли упорно отворачивали от стиха. С гордостью вспомнил награждение Андрея за отражение американской атаки на Севере. «И Машу Корибут наградил. Больше под настроение, чем заслуженно. А всё равно приятно. А на Новый Год ёлку не ставили. Разрешалось во дворе любое дерево нарядить. Так и сделали. Корибут постепенно вытесняет христианские традиции. Новый Год считался последним днём Недели Коляды. Год называть велено летом. Я ещё не привык. Как по мне, то вполне допустимая трактовка. Алёна сказала, что с точки зрения Вед — полный бред. Потом лично наблюдал, как ругались по этому поводу Животвор с Корибутом. Точнее, ругался всегда спокойный и мудрый Животвор, а Корибут, как робот, отвечал, разъяснял, стоял на своём: «Мы никуда не спешим, нужно плавно перейти к Ведам, а не пятилетку за два года гнать». Наряжали дерево, кстати, 22-го. Если мерить старым колядыдаром. Это так переименовали календарь. Одновременно ходят две системы, хотя государство официально использует девятимесячную систему. Сорок — сорок один, сорок — сорок один. Дней в месяце. Это старая, ведическая система. По девять дней в неделе. Я, не я буду, если стишок не одолею!»

Выучив пару куплетов, Журавлёв включил ролик с этой песней, запоминал мелодию. Простенькую. Опять уплыл. Вспоминал поддержку флота в операции в Океании. «Трудно там пришлось. В проливах малые глубины, «Дельфины» видны. Успех обеспечила вовремя выданная на-гора горе-исследователями, резинщиками несчастными, пузырьковая защита. На малых глубинах она обеспечивалась пузырьками газа, циркулирующими в небольшой прослойке между бронёй и мягким корпусом аппарата. А на больших глубинах, где воздух задавливался в воду, пузырьки заменялись эмульсией. В жидкость на основе воды, добавлялся керосин какой-то. Ультразвуковыми генераторами смешивались компоненты, и — вуаля! Насос водомётного движителя, работа других агрегатов совершенно не слышны. На поверхность эта эмульсия не протекала, всё делалось герметично. Когда включался режим внутренних пузырьков, из других форсунок, на малых глубинах, то шум исчезал полностью! Пузырьки не пропускают звук! Почти шапка-невидимка для наших акванавтов. Мало того, в режиме газовых пузырьков была возможность выпускать их не между бронёй и корпусом, а наружу. Это было существенно хуже с точки зрения расхода энергии, но открывало другие возможности аппарата. Эти наружные пузырьки снижали трение об воду, как в торпедах «Шквал», что дало возможность аппаратам акванавтов разгоняться до скорости сто семьдесят километров в час. А обнаружить аппарат акванавта в этом режиме ГАС не могла, так как пузырьки рассеивают звук, не отражают. Эту технологию Антонина Светлова-Чёрная подсмотрела у сельди. Эта рыба так защищается в косяке от касаток. Ультразвуковой локатор касатки становится неэффективен. Так нагло-саксов и выдавили из Океании. И повода для войны нет. Нас не видно, не поймали — значит, нас нет. Странная война была. Это было уже после Пакистанской операции. Ну, в ней флот решал чисто вспомогательные функции.»