Алексей Рагорин - Ракетчики

— Зачем такие муки? Почему бы просто не эвакуировать всех жителей в соседние, не зараженные зоны? Что у вас с планами? А, Пивовар?

— У нас тут, извиняюсь, господин Диктатор, не Подмосковье. Дорог: раз, два и обчёлся. Пыль ещё садится, сажа. Всё — радиоактивное. Как верно подсказали светлорусы: без ЗК — никуда. Одно дело: получить дозу, совсем другое — надышаться радиоактивной пылью. Нос всю не задержит. Пылинка в лёгких — пиши пропало. Летом было бы ещё хуже с пылью, но легче с холодом.

— Всё вам — не слава богу, природа-матушка не может угодить. Снег, понимаешь ли, мешает, холод зимой. Ладно, продолжайте. — Рохлин ругался не на то, на что сердился. Неуютно ему было из-за хозяйничанья светлорусов. Власть — очень чувствительный вопрос. И ведь сам помощи попросил!

— План у нас имеет несколько этапов. На первом — переселяем жителей внутри города. Уплотняем, так сказать. Если проще: подселяем к другим семьям, прямо в квартиры людей. В менее проблемные районы. Хотя у нас и капитализм, но люди относятся с пониманием. Мы обещаем компенсации, но многие на это не обращают внимания. Размещают, обещают кормить. Всё такое. На втором этапе улучшаем жизненные условия там, где нужно. Две-три недели нужно продержаться. Третий этап — непрерывный. Увозим, увозим, увозим. То есть, эвакуируем, тащ генерал.

— Ясно. А о чем вы с матерью Корибута говорили?

— Мы ей послали три машины, специальных эвакуатора. Для вывоза людей с Индустриального района.

— Этих людей вот тут, будут пересаживать в автобусы, а автобусы уже делают длинное плечо, везут сюда, в Ленинский, вот так, — это вставил слово Сладов, показывая на карте.

— Зинаида Николаевна там одна?

— Нет, с ней — наши люди.

— Что ещё делаете?

— Элэрки поехали прокладывать дорогу к Октябрьскому. Примерно через полтора часа станет доступен.

— Как это?

— Позвольте, я поясню, Лев Яковлевич. Ликвидаторы радиации идут по улице, снижают радиоактивный фон по проспекту Энгельса. А потом по нему можно относительно безопасно ездить, перегонять технику, перевозить людей. Фон там будет раз в 100 ниже, чем до обработки. Можно снизить и сильнее, но будет слишком долго. Всё равно ещё пыль и вода с фоном попадут на дорогу. Окончательную очистку оставляем на потом.

— Этой группой руководит Ковалёв и мой заместитель.

Рохлин понял, что дела как-то делаются и без его «десанта». Решил расслабиться, и посмотреть на конкретные события.

— В Индустриальном, где Зинаида Николаевна, какой фон?

— Пока приемлемый, с ними одна элэрка. И эвакуатор. И она затребовала автобусы. Сейчас решаем, через полчаса, думаю, туда отправим.

— Хочу поехать, посмотреть на эвакуацию.

Машине Диктатора пришлось ждать, пока элэрка доделает работу. Все люди, кого он пока встречал в городе, были одеты в светлорусские ЗК. Это позволяло нормально общаться, работать. Хотя они и были тяжёлые, 15 килограмм, имели защиту из просвинцованной резины, но если не сдавать кросс, то жить можно. ЛР-ка обработала пространство перед домом и поехала дальше, а группа спасателей приступила к эвакуации. Упавшие столбы электроосвещения не давали возможности подъехать к дому. Эвакуатор бы смог, он имел колёса от БТР, но автобусы были обычные «Икарусы». Из кунга эвакуатора вышел робот. Он тарахтел бензиновым моторчиком, как Карлсон, но выглядел внушительно, если не сказать: грозно. Когда нога сошла с последней ступени, задок аж подпрыгнул. Робот подошёл к столбу, сделал пару резов МДР-ом, взял «руками» кусок столба и отшвырнул в сторону метров на пять. Повторив операцию раз десять, полностью освободил проезд. Нарезал столб, как какую-то колбасу. Можно было подобраться к дому с торца, но робот проследовал прямо к подъезду. За одну минуту раскидал в стороны лавочки, урну, отрезал плазменным резаком и выбросил трубы для плюща. Затем робот покрутил головой, посмотрел вверх. Ему что-то не понравилось в козырьке, он зашёл вглубь подъезда, пригнувшись. Через полминуты рама окна в подъезде вылетела с треском. Робот, в позиции лёжа, резал козырёк. Тот сначала обвис, а потом рухнул, оторвав последнюю арматуру. Робот вышел, разрезал козырёк на три части и выбросил в сторону. В наушниках Рохлина раздался звонкий женский голос: «Всё, можно подъезжать». Пока эвакуатор выруливал задом к подъезду, выпускал «гармошку» шлюза, робот плазменным резаком срезал петли и замок с двери подъезда. С десяток спасателей наблюдали картину. Робот подошёл к ним: «Поняли, как действовать?» Из робота вылезла женщина в таком же жёлтом ЗК. Внутрь, кряхтя, залез невысокий мужчина, если судить по движениям и голосу — достаточно старый. А движения робота, на удивление, были резвые.