Алексей Рагорин - Ракетчики

Просунул пальцы мимо стекла и вынул его из раскуроченной рамы. Сильных звуков это всё не породило. Но я уже не выжидаю. Теперь — время действовать быстро и решительно. Ударами по точкам «выключил» четверых детей. Шума не поднял. Муж, жена, бабка, ещё какая-то тётка. Теперь обходим их в обратном порядке и тщательно пакуем: в рот набиваем тряпку, не скромничаем, побольше, завязываем через щёки толстым капроновым шнуром на шее. Совершенно не щажу руки и ноги: тяну при связывании со всей силы.

В прежней жизни мою мать зарезали цыгане, практически, ни за что. Сколько они попили крови у наших от 2020-го! Мама дорогая! Сначала нам Запад вместо марионеточного, но своего правительства, поставил колониальную администрацию, или, если сокращённо: хунту. А чуть позже, начиная с 2020-го, «добрые» европейцы «залили» нам около миллиона этого «добра», преимущественно с Румынии и Болгарии. Будто, своих нам было мало. Меня убили. Никогда, по их законам, нельзя приносить пользу народу, в котором живёшь. Мы для них — низшая раса, мясо для шакала. Обманывать, торгуя, мошенничать, «разводить», обокрасть, зарезать, продать наркоту — это можно. Когда-то, до революции, танцевали и пели. Можно ли это считать пользой? Компенсирует ли эта минимальная мнимая польза, тот вред, что принесли эти паразиты? Оставлю эти вопросы для философов. Я на них для себя давно ответил.

Вот — глава семейства. Достаю из широких штанин, дубликатом бесценного груза… Нет, не то, о чём писал Маяковский. Мне нужны плоскогубцы. Самые обычные. Отгибаем губы и, не развязывая веревки, отламываю всё передние зубы. Четвёрки уже трогать не стал. Кстати, много золотых. Теперь отрезаем палец на ноге. Так сказать, действуем с упреждением.

— Будешь кричать — отрежу ещё чего-нибудь, понял?

— У-м-у-м-м-у-м.

— Смотри, я предупредил. Не кричи, я вынимаю кляп. Назови тех, кто есть в доме.

Имена мне их на не на. Просто сверил количество. Мало ли? Вдруг, пропустил кого.

— Дети — твои?

— Да.

— Выдашь тайник с ценностями — все будут жить, не выдашь — буду пытать: сначала — тебя, потом — детей, будете молчать — начну убивать. Понял?

— Да.

— Где тайник?

— Нэт лавэ, дарагой, ты ошибся.

После ещё трёх отрезанных пальцев, снял ремень и пощелкал по «орешкам», обратным хлёстом. Очень больно — любой мужик подтвердит. Один тайник сдал. Там были деньги. Не, нас не проведёшь!

— С кем работал по наркоте? Кто «крышевал»? Кто ещё на районе этим занимается? Адреса?

Ещё минут пять возни, два пальца и ответы на эти вопросы получены. Рот завязал, руки проверил. Теперь к жене. Бабы — они терпеливые и крикливые. Перенёс ее сразу в детскую.

— Твой муж не хочет рассказывать, где тайник с золотом. Не скажешь — дети умрут.

Повторяем процедуру с передними зубами, чтоб потом легче было рот затыкать, отрезаем пару пальцев ног. Вынимаем кляп. Попытка визжать. Не, так не пойдёт. Вторая рука-то — на горлышке! Ещё пару пальцев долой, не торопясь, со вкусом, с расстановкой. То же самое. Ладно, пробуем альтернативную информацию получить.

— С кем работали по наркоте? Кто «крышевал»? Кто ещё на районе этим занимается? Адреса? Кого ещё знаешь в вашем районе из цыган? Чем занимаются?

Опа! Эта «напела» больше мужа. Всё в тетрадь, для надёжности.

— Где ключи от машины и гаража?

Тоже не жалеет, рассказывает.

— Где тайник с золотом?

Врагу не сдаётся… Переходим к экстриму. Тащу мужа к жене и детям. На глазах обоих убиваю девочку. Бабы у них, вообще, не ценятся, типа, третий сорт — не брак.

— Где тайник с золотом? Кто готов рассказать — мотайте головой из стороны в сторону.

Молчат. Отрезаем у мальчика пару пальчиков на ноге. Приставил нож к его горлу. Во-во, что и требовалось доказать. Оба качают головами и мычат. Затыкаю мужу уши ватой, забираю жену — она легче — в другую комнату, двери закрываю, получаю информацию. Теперь к мужу. Интересные ребята. Жена указала на сад, под грушей на глубине метра, кольца и другие ювелирные. А муж — на огород, возле фонтала, на глубине двух метров, и список другой. Явно мутят, время тянут. Не знают, с кем дело имеют. Убил мальчика. Отец опять пургу несёт. Поотрезал ему все пальцы, уши. Не вразумляется. Мальчика бабе — нифига. Перенёс жену опять в общую комнату. Как же мне надоела эта канитель! До чего же жадные и упрямые! Убил ещё одну девочку. Молчат, давятся горем и молчат. Отрезал мужу одно яичко. У жены появилось что-то во взгляде. Зайдём с другой стороны. Снял трусы со старшего сына. Последний ребенок, как-никак. Приставил нож к его причиндалам и гляжу. Сломалась, сломалась баба, это видно. В подвале была хитрая полочка. Нашёл и килограмма полтора наркоты, и золотишка столько же, и денег ещё пару трехлитровок. Узнал, кто оружием торгует, добил всех. Они не считают, что клятва или слово, данное нашим, настоящие. Тут — дал, а тут — взял назад, ха-ха, какие глупые русские. Отплатим той же монетой. Нечестно? Это война. Война на выживание народа. Я не собираюсь быть честным с чужими.