Ли В.Б. - Характерник

Крыловский начал речь не спеша, сразу успокоил людей словами, что посольство прошло успешно. А после долго, со всеми подробностями, рассказывал о наших встречах с боярами, приеме у царя, зачитал сам указ. Казаки слушали внимательно почти часовое выступление есаула, все же не отнять, что рассказчик он превосходный, держал всех в напряжении, завершающие слова указа встретили дружным восторженным "Гайда!!!", своим боевым кличем. Люди обнимали друг друга, а потом принялись качать нас, послов, и старшину. После первых радостных эмоций казаки стали задавать вопросы о царе, Кремле, царских палатах, самой Москве, тамошних людях, их нравах, одежде и о многом другом. Долго не расходились, уставшего есаула сменяли другие послы, мне тоже пришлось отвечать людям.

Обо мне есаул сказал, что я принес великую пользу нашему посольству, казаки тут же принялись допытываться о моем колдовании, чем я повлиял на бояр, о чем допытывался. Старался особо не распространяться о своих способностях, рассказывал в общих чертах. В целом моими ответами народ остался довольным, в завершении круга войсковой судья даже высказал мне особую благодарность за принесенную пользу товариществу. После такого всеобщего отчета нас отпустили с миром, мне дали месячный отпуск на все домашние дела. Вместе с наставником, тоже пришедшим на площадь, отправился домой, у него ко мне тоже немало своих вопросов, да и рассказать ему нужно обо всем происшедшем со мной. Дома я провел до вечера, передал учителю московские дары, от мелочей и сувениров до ценных книг и оружия. После, почти в сумерках, отправился в хутор к любимой жене и нашей дочери, соскучился по ним неимоверно.

Стемнело, когда я на Крепыше подъехал к хутору, ворота уже закрыты изнутри. Пришлось побеспокоить всех, родителей тоже, поднялись шум-гам, Катя прижалась ко мне, плачет, все вокруг суетятся. Вскоре первая сумятица улеглась, меня усадили за стол, дали поесть, после такого позднего ужина я раздал всем родным, набежавшим в наш дом, подарки, в который раз приступил к рассказу о своем посольстве, начиная с первого дня до сегодняшнего. Говорили до полуночи, только тогда родные унялись, разошлись по своим домам, мы с Катей и малышкой остались одни. Лиза уже заснула в своей колыбельке, долго любовался дочерью вместе с женой. За прошедшие три месяца сильно выросла, когда уезжал, была крохой, в ладонях умещалась, даже боялся брать на руки, а теперь раздалась, стала пухленьким бутузом.

После ласкал жену, неистово, со всей накопившейся страстью, Катя не отставала, в любовном пыле прошла почти вся ночь, заснули только на рассвете. Проснулся поздно, к полудню, Катя дала мне выспаться, сидела рядом и что-то вышивала. С удовольствие потянулся, пришло чувство уюта, я дома, рядом с любимой. Не стал долго разлеживаться, бодро встал, обнял благодарно и поцеловал жену, во дворе размялся от души, пока не чувствовал каждый мускул. После завтрака обошел свое хозяйство, присматриваясь, что надо подлатать или обновить, да и кое-что надо построить. Я уже наметил и готовил материалы на баню, конюшню, Катя еще попросила выстроить коровник, свинарник и птичник, хочет завести свою живность.

Не стал откладывать в долгий ящик, тут же и приступил, начал с бани за печной перегородкой дома, казаки ее называют теплый угол (тэплый выгол). Строил ее мазанкой, из глины и камыша, в основном сам, иногда звал Катю, ее братьев. Закончил за три дня, перешел на базу - скотные постройки, занимался ими почти весь месяц, успел до конца своего отпуска. Зато теперь в нашем дворе есть все для своего домашнего хозяйства, не надо лишний раз обращаться к родителям. Катя довольна, теперь сама во всем хозяйка, носится по подворью, ухаживает за купленными на ярмарке коровой, поросятами и курами, да еще успевает на огороде возиться, за дитем присматривать. Забот много, помогаю ей в чем возможно, но из-за моей службы в основном они ложатся на Катю, но она не унывает, трудится не покладая рук.

В Сечи служу по прежнему, вместе со всеми несу воинские обязанности, только еще добавились разъезды по правому берегу, рядом уже османы. Пока они еще не подступили к Днепру, но уже почти вся южная часть Правобережья в их руках. Оживились татары, они заняли Приднепровье севернее Очакова, от Ингула до Газы-Кермена. Всем нам ясно, война с османами и татарами вот-вот начнется, с нетерпением ожидаем прибытия кошевого. Русские войска воеводы Ромодановского с казаками Самойловича уже вступили в сражение с османами, перейдя на правый берег Днепр выше порогов, но ретировались обратно, получив трепку от противника. Другого успешного полководца, как Сирко, больше нет, без него Сечь в бой не пойдет. Это ясно всем, московским властям также, в сентябре все же отпустили кошевого к нам, встречали мы его с великой радостью, с таким атаманом никакой ворог не страшен.