Андрей Расторгуев - Дети Велеса

Так и прискакал к Северным Вратам, недовольно поглядывая на прыгающие перед глазами пучки похожих на веревки косичек, нелепо свисающие с мускулистой шеи Лумумбы. Оборачиваться и смотреть на хвост вообще не было никакого желания. Пару раз конь взбрыкивал, не привыкший, видно, к ощущениям бьющих по телу верёвок. Поэтому, сунув повод в руки подоспевшего стражника, Стас попросил:

– Будь другом, расплети косы коню, а то он дискомфорт испытывает.

– Кого испытывает?

– Он тебе сам расскажет, когда расплетёшь.

Кажется, стражник поверил, так как быстро принялся за работу. Кто знает этого Упыря. Люди про него разное болтают. Одни байки невероятнее других. Вполне может статься, что и конь у него действительно говорящий.

Пырёв убедился, что все на стенах. Ополченцы и стражники со стрельцами заняли свои места. Кардаш поднял туда несколько хоршней, завернутых в плотную материю для светомаскировки, равномерно распределив их вдоль стен. У шаров поставил наиболее сильных воинов, чтобы могли закинуть их как можно дальше. По настоянию Стаса на смотровой площадке надвратной башни развели костер, над которым в большом котле пузырилась расплавленная смола. Рядом лежало несколько незажжённых факелов. Начальник стражи не понимал для чего всё это предназначено, чем немало удивил Пырёва, но исправно исполнил все поступившие на этот счёт указания. Он уже начал привыкать к тому, что Упырь ничего зазря не делает.

Тихомиру тоже хватало забот. Разместив ополченцев, он поставил среди них через равные промежутки всех собравшихся здесь ведунов за исключением четверых, что остались командовать отрядами на других направлениях. Они должны были противостоять магической атаке, если таковая последует. Её вероятность Стас не исключал, помня рассказ Юноса о бое в Пограничной Крепости, где скиты некой волшбой уничтожили почти весь гарнизон. Оставалось только гадать, что за магию там использовали. Но уж явно не белую.

Управившись с делами на стенах, Тихомир отбыл в оставленный без ведуна резервный полк, тоже поднятый по «тихой тревоге», чтобы привести его к воротам, где уже стояли копейщики Горыни. Таким усилением Стас решил подстраховаться, надеясь, что верно определил главное направление атаки.

«О! Упырь, они спускаются на лёд!» – прозвучал в голове голос берендея.

Теперь действительно началось. Условным сигналом, тут же переданным в обе стороны по цепочке, Пырёв заставил всех замереть.

«Следи за ними, Косолапов. Скажешь, когда до середины реки дойдут. И ещё, если кто-то двинется в обход, сразу сообщи».

Потянулись последние, самые томительные минуты ожидания. Тишина была такая, что чуть ли не разрывала барабанные перепонки своим звоном. Казалось, это звенят натянутые до предела нервы нескольких тысяч изготовившихся к бою людей, в напряжении замерших у бойниц. Но даже в этой тишине шорох, издаваемый многочисленной армией врага, двигающейся по льду в сторону города, был едва уловим. Его можно принять и за шум ветра, сметающего снег с замёрзших ветвей деревьев, и за стелющуюся по насту позёмку.

«Середина!» – кратко, по-военному отрапортовал Косолапов.

– Дава-а-ай!!! – В этот крик Стас вложил всю силу лёгких, едва не сорвав голос.

С надвратной башни, выбранной в качестве наблюдательного пункта, он видел, как слева и справа на стене зажглись круглые гирлянды хоршней, освобождённых от материи, вырвав из темноты встающих у бойниц стрельцов с натянутыми луками. Почти одновременно шары взмыли вверх, подброшенные сильными руками, прорисовывая в небе ниспадающие дуги, так похожие на осветительные ракеты. Только полёт их был гораздо ниже и короче. Но и этого небольшого промежутка времени хватило защитникам, чтобы в свете парящих шаров разглядеть массу одетых в броню солдат с обнажённым оружием, выпустить по ним с десяток тысяч стрел и насладиться видом первых павших, так и не сумевших достичь стен вожделенного города.

Кочевники бежали плотной неорганизованной толпой, не пытаясь даже имитировать какое-то построение, чем сильно облегчили задачу стрельцам. Хоршни в отличие от стрел не причинили никакого вреда, упав на лёд слишком далеко от первых наступающих. Вопреки ожиданиям Пырёва шары не пострадали и по-прежнему излучали свет, образовав на реке неровную цепочку огней. Такое освещение делало поле боя похожим на сцену с разыгравшимся на ней сюрреалистическим шоу, поставленным некой буйно помешанной труппой на фоне декораций, вышедших из-под рук художников школы Сальвадора Дали. Сценаристом этого представления изначально выступал Череп, развязавший сражение. Себя же Стас предпочитал видеть режиссером, способным набело перекроить сценарий и придумать иной финал, не совпадающий с первоисточником. А вот кто заказывает всю эту музыку? Может, сам Велес?..