Андрей Расторгуев - Дети Велеса

– Зачем вы пришли? Здесь уже нет для вас пищи! – прокричал Пырёв без какой-либо надежды на ответ. Просто тянул время, чтобы дать Михайлику изготовиться к стрельбе.

Но те услышали. И, кажется, поняли. Звери остановились. Их глаза не просто блестели, а светились разумом. Из середины стаи раздалось рычание, странным образом перешедшее в различимую речь. Чья-то волчья глотка исторгала вполне понятные слова:

– Мы пришли к тебе, Хозяин!

От такого ответа опешил не только Пырёв, но и Михайлик. Даже лошади застыли, боясь шелохнуться. Кажется, сам воздух вокруг замер, стал гуще и холоднее, заставляя пар изо рта валить густыми клубами, а не редкой, быстро рассеивающейся дымкой.

– С каких это пор я стал вашим хозяином? – прохрипел удивлённый Стас.

– Когда пришёл в наш мир, – ответил всё тот же голос.

Замерший с луком в руке Михайлик недоумённо переводил взгляд со стаи на Пырёва и обратно, медленно вытягивая стрелу из тула. Не хватало ещё, чтобы решил целить в Стаса вместо того, чтоб отстреливать оборотней. Пора бы расставить все точки над «и».

– Когда я пришёл, то убил двоих ваших.

– Мы знаем. Они ошиблись. Не поняли, что ты Хозяин. Извини.

Вот заладили. Что им сказать? Так, если его считают хозяином, то должны слушаться. Может, просто послать их куда подальше? Уйдут, и дело с концом. Стас покосился на Михайлика. У того стрела уже на луке. Что сделает ведун, если оборотни послушаются?.. Ладно, хватит загадок!

– Мне всё равно, что вы там себе вообразили. Но знайте, что я ваш враг и буду с вами сражаться.

– Как скажешь, Хозяин.

Волколаки ринулись вперёд. Стас выхватил оба меча, пытаясь ногами заставить коня двигаться навстречу монстрам, но тот упирался, никак не желая сходить с места. Ладно, хоть не убегал. Мимо просвистела стрела. Потом ещё одна и ещё. Михайлик стрелял бегло, почти не целясь, но большинство пущенных стрел попадали в цель, оставляя на снегу неподвижные косматые тела. Стас вдруг понял, почему его конь стоит на месте. Волколаки тоже владеют магией, умением превращаться в зверей или людей. А ещё насылают жуткий страх, парализуюя жертву, чтобы та не сопротивлялась и не убегала.

Он засмеялся, сообразив, что может легко с этим бороться. Расширив Силу, мысленно накрыл себя вместе с конём воображаемой сферой и послал животное вперёд. Конь двинулся навстречу оборотням, приближавшимся в низком присяде. Те замешкались, потеряв контроль над животным. Но стрелы Михайлика, бившие по малоподвижным целям куда точнее, заставили волколаков поторопиться и продолжить бег. Первые оборотни набросились на коня, смело встретившего их грудью. Тут бы ему и конец, но волколаки попали под покров Силы. Что здесь началось!

Теряя своё волшебство, оборотни претерпевали обратную метаморфозу, снова превращаясь людей. Вернее, в их подобие, одетое в старое тряпьё и обросшее волосами. А что невооруженный человек, похожий на бомжа, может сделать коню? Да ничего. Скорее наоборот, конь легко покалечит или убьёт человека, что тот с успехом и проделывал. Стас непрерывно махал мечами, разя беззащитных людей-оборотней. Не встречая никаких препятствий кроме поднятых рук, железо беспощадно кромсало плечи, шеи и черепа. Рядом с изрубленными телами падали конечности, которые только что составляли с ними единое целое. Убивая последнего из стаи, Стас вдруг увидел в устремлённых на него глазах восхищение и преданность, помноженную на готовность умереть по первому слову. Фанатик, блин.

Развернув коня, окинул взглядом поле боя. Вокруг валялось десятка два искалеченных трупов «бомжей». В небольшом отдалении ещё с десяток зверей, нашпигованных стрелами. До Михайлика никто из нападавших не добрался. Ведун стоял на том же месте, держа лук на изготовку. Хмуро глядел на Стаса. Словно решал, стоит ли оставлять в живых этого непонятного чужеземца из никому не известных краёв или всадить в него пяток-другой стрел для верности. Эти сомнения отчётливо читались на его лице.

Пырёв усмехнулся. Оставаясь там, где зарубил последнего оборотня, спокойно вложил мечи в ножны. Михайлик насупился ещё сильнее. Дёрнув головой, быстро подошёл к своему коню. Вставив лук в налучье, вынул из седельной сумки два мешка. Один кинул Стасу под ноги. Развязав свой, стал доставать из него короткие деревянные колья.

– Чего стоишь, как истукан? – зло прикрикнул на Пырёва. – Повертай мертвяков навзничь, бери колья и вгоняй промеж плеч. Не то в землю уйдут, а оттуда опосля упырями явятся.