Анна Герман - Мы долгое эхо

Недавно я пять недель провела в Америке, где сейчас популярна негритянская джазовая музыка. Она очень специфична, и тем не менее многие артисты вовсю стараются ей подражать. Если говорить объективно, то «по-негритянски» у них все-таки не получается. Своеобразное чувство ритма и мелодии присуще только самим неграм. Наблюдая это, я еще раз убедилась, что в искусстве важно не терять своего собственного лица. Вероятно, поэтому мои слушатели и одобрили мое решение не гнаться, сломя голову, за модой и оставаться такой, какой я была.

– Советских зрителей неизменно удивляет и радует ваше превосходное владение русским языком…

– Хотя я и выступаю в вашей стране как польская певица и живу сейчас в Варшаве, родилась я в СССР, училась в советской школе. Было это в Казахстане, где в городе Джамбуле моя мама преподавала иностранные языки. Она владеет, помимо польского, русским и немецким. Сейчас мы иногда с улыбкой вспоминаем, как я помогала проверять ей тетради. Отметки я, конечно, не ставила, но ошибки отмечала красным карандашом. Таким образом, я с раннего детства жила в атмосфере нескольких языков и прежде всего русского. Я убеждена, что чем раньше ребенок начинает овладевать языком, тем прочнее и лучше усваивает его. Этим буду руководствоваться и в воспитании своего сына Збышека. Пока он говорит только по-польски. Он еще маленький, но упрямый – мужчина все-таки. Я ему говорю: «Знаешь, Збышек, к нам в гости придет тетя, она тебе скажет: «Здравствуй, Збышек!» И ты должен тоже сказать ей по-русски: «Здравствуйте!» А он улыбается и, хотя все помнит, упорно твердит: «Нет, скажу – день добрый!»

– Расскажите, пожалуйста, о ваших школьных годах в Советском Союзе. Какие воспоминания сохранились о той поре, о сверстниках и учителях?

– Воспоминания, к сожалению, довольно скудные, но в каком-то отношении яркие и, разумеется, приятные, как все, что связано с детством. Скудные, потому что это были первые классы начальной школы, и многое уже забылось. Помню парту такую прочную, крепкую. Сейчас такие уже, по-моему, не делают. Я сидела за ней с мальчиком. У него были узкие косые глаза. Наверное, он был казахом. Он мне тогда очень нравился тем, что выглядел как игрушечный, потому что был маленьким, смуглым и румяным. Известно, что в этом возрасте дружба между мальчиками и девочками не возникает, но мой сосед по парте был ко мне внимателен, добр и приветлив.

Из учителей запомнилась одна, которая была в начальной школе. Она ходила с нами гулять и рассказывала много интересного. И еще она запомнилась тем, что была ласковой и всегда улыбалась нам. Дети вообще лучше всего запоминают хорошее и доброе.

Не так давно мне довелось снова побывать в тех местах, где прошло мое детство. Это были минуты приятного волнения. На аэродроме Джамбула меня встречали ученики той самой школы, в которой я когда-то училась. Учителя были уже, конечно, другие, но дети выглядели такими же красивыми и приветливыми. Наверное, каждому человеку нужно в жизни хотя бы однажды снова встретиться со своим детством…

– Как вы пришли к песне?

– Отвечая на такой вопрос, обычно рассказывают о том, что предшествовало непосредственному выходу на сцену. Моя встреча произошла много раньше, но если говорить откровенно, не по моей собственной инициативе. Мама у меня очень музыкальна и, когда к нам приходили гости, непременно предлагала мне петь для них. Не скажу, чтобы эти выступления перед гостями доставляли мне удовольствие, но слушаться приходилось. Гораздо интереснее было выступать в школе, на праздниках перед ребятами, хотя это каждый раз очень страшило. Оттого, что боялась и нервничала, выходило хуже, чем я могла. Тогдашний мой репертуар составлялся в зависимости от праздника. Были это, конечно, песни о елке, о матери, о Родине. Вот тогда-то, по существу, и произошла моя первая встреча с русской и советской песней…

Потом мы уехали в Польшу. Я окончила школу, поступила на геологический факультет Вроцлавского университета и меньше всего собиралась стать певицей. Если уж мечтала о какой профессии, то художника. Особенно меня привлекало искусство портрета, позволяющее раскрывать духовный мир человека, его психологию. Но мама была сторонницей более определенной профессии, тем более что геология очень многогранная область, включающая и физику, и химию, и математику.

В университете участников самодеятельного театра «Каламбур», который, кстати, существует и поныне, привлек мой высокий рост, и мне предложили играть сатирически-гротесковые роли. Так я снова запела со сцены, как когда-то в школе. Но моя вторичная встреча с песней была недолгой.