Элизабет Мид-Смит - Школьная королева

Миссис Шервуд вышла из классной комнаты, сопровождаемая учительницами. С девочками осталась только мисс Хонебен, потому что она была статс-дамой несчастной королевы.

Многие девочки заплакали. Некоторые бросились со своих мест вперед, стали обнимать и целовать Китти.

– Милая, милая! – повторяли они. – Мы не считаем тебя виноватой. И никогда, никогда не будем считать.

Девочки так любили Китти, что не желали слышать никаких доказательств ее вины. Она сказала, что не виновата, – этого достаточно. Таковы были их чувства.

Раздался серьезный, спокойный голос Елизаветы:

– Девочки, успокойтесь, пожалуйста.

Повинуясь, девочки быстро притихли.

– В сложившихся обстоятельствах я должна действовать вместо Китти О’Донован, – заявила Елизавета. – Пока мы не докажем ее невиновности, она не может исполнять обязанности королевы мая.

Китти вздрогнула, хотя голос Елизаветы был ласковым.

– Итак, вы все согласны признать меня временно королевой? – спросила Елизавета.

В комнате раздались крики одобрения.

– В таком случае, я предлагаю Китти побыть в моей комнате, пока мы будем решать, что делать с ней. Она не должна стоять здесь в полном отчаянии. Вы согласны, девочки, чтобы Китти О’Донован ушла и мы решили ее участь без нее?

– Конечно, – выразила общее настроение Генриетта.

– Против нее ведь нет еще никаких доказательств. Надеюсь, что все помнят это, – сказала Клотильда Фокстил.

Елизавета подошла к Китти.

– Пойдем со мной, милая.

Эти тихие, нежные слова хорошо подействовали на Китти. Она прошла по комнате, держась за руку Елизаветы. Девочки расступились так, что она прошла между двух рядов. В эту минуту большинство девочек склонялись на сторону опозоренной королевы. Генриетта сразу поняла, что для исполнения ее заветного желания нужно совсем иное настроение.

Елизавета, как бывшая королева мая и старшая из учениц, пользовалась преимуществом иметь свою маленькую гостиную. По праву эта комната должна была перейти новой королеве, но миссис Шервуд решила оставить ее во владении Елизаветы, пока та будет в школе: Китти слишком молода, чтобы иметь свою собственную гостиную, а Елизавете трудно расстаться с ней. Маленькая комната была уютной. Окно выходило в сад. Елизавета усадила Китти в кресло. Она принесла холодной воды и одеколона, смочила голову девочки, взяла ее ледяные ручки в свои и растирала их до тех пор, пока они не стали теплыми. Затем принесла чаю и хлеба с маслом.

– Выпей и поешь немного, Китти. Мы постараемся не задерживать тебя, милая. Может быть, все решится завтра утром. До тех пор никто не будет беспокоить тебя. Ты можешь оставаться в этой комнате. Можешь пораньше лечь спать. Моли Бога о помощи, дорогая. Он прольет свет на эту тайну.

– Ах, Елизавета!

– Да, бедная моя Китти.

– Могу я поцеловать тебя?

– Конечно, можешь. И знай: я не верю, что ты виновата.

Елизавета пошла в свою комнату. Там она помолилась и только после этого, с надеждой в душе, спустилась вниз, к остальным ученицам.

Настроение у всех, включая педагогов, было ужасное, и миссис Шервуд отменила послеобеденные занятия. Девочки разбрелись по саду, где разговор вертелся вокруг одних и тех же вопросов: виновна Китти или нет, развенчают ее или нет…

Между тем фрейлины и статс-дамы по предложению Елизаветы Решлей собрались в школьной библиотеке. Миссис Шервуд оставила на столе открытую рукописную книгу, в которой содержались правила школы; там же было прописано все относительно королевы мая. Вскоре после того, как школа была основана, начальница задумала ежегодно избирать королевой мая самую лучшую ученицу. Но обычный английский праздник королевы мая характером веселья и развлечениями сильно отличался от празднеств в честь королевы мая в Мертон-Геблсе. Был выработан план и установлены правила:

«Королева мая пребывает в этом статусе в течение одного года после ее избрания. Все это время она, с помощью своих фрейлин и статс-дам, должна поддерживать мир в школе. С ней следует советоваться в затруднительных положениях, не касающихся непосредственно начальницы и учительниц. Во всех вопросах этикета ее слово – закон. Она должна хранить себя в чистоте и смирении, быть скромной, приветливой, любезной. Она должна испросить помощь Всемогущего Бога, чтобы Он поддерживал ее то время, которое должно содействовать формированию ее характера на всю остальную жизнь. Она должна, насколько это возможно, поднять нравственный уровень всей школы. К тому же она должна содействовать веселью и счастью школы, забывать себя и думать о других. Поэтому при выборе королевы девочки должны тщательно обдумать, в состоянии ли выбираемая ими девочка выполнить все эти условия. Когда королева избрана, она остается в своем высоком звании весь год, если не совершит какого-нибудь постыдного поступка, если не сделает чего-нибудь, что не соответствует ее высокому званию (эти случаи вряд ли будут часты): если королева не придерживается истины; если она сознательно нарушила какое-нибудь школьное правило; если – что самое главное – она соблазнилась и сказала ложь. Когда начальница сочтет необходимым обратиться к подругам королевы, чтобы судить о ее дурном поступке, то те обязаны действовать следующим образом: