Элизабет Мид-Смит - Школьная королева

– Так и будет, милая, – согласился отец.

– Папа, я выбрала себе школу, – заявила дочь.

Он спросил, как она узнала об этой школе. Девочка ответила, что одна ее знакомая, леди Мария Банистер, писала ей про свою веселую жизнь в Мертон-Геблсе. Клотильда сказала, что ей хочется поступить туда.

Фокстил всегда говорил, что ненавидит английскую знать. Однако на него приятно подействовало известие, что его Тильда так близка с дочерью графа. Переговоры были быстро закончены, и Клотильда поступила в школу.

Она пробыла тут полтора года; ей шел уже шестнадцатый год. А одно из правил миссис Шервуд – не держать в школе учениц старше шестнадцати лет. Поэтому Клотильда не смогла бы стать королевой мая, хотя была достаточно любимой и могла бы удостоиться этой чести, если бы осталась в школе подольше.

Клотильда быстро сумела отделить овец от козлищ в этом маленьком стаде. Сестры Купп показались ей жалкими – удивительно, как они могли попасть в Мертон-Геблс. Она прочла характер Генриетты Вермонт, словно в открытой книге. Китти Клотильда полюбила почти с того вечера, когда хорошенькая девочка приехала в школу. Елизавету она ставила чрезвычайно высоко и надеялась, что они навсегда останутся подругами. Она относилась очень ласково и снисходительно к маленькой леди Марии Банистер. Но леди Мария была гораздо моложе ее и ниже классом.

Клотильда вышла в сад и стала тщательно обдумывать все, что произошло в библиотеке. Ей хотелось переговорить с Елизаветой, но та, очевидно, не намеревалась вступать в разговоры. Другие девочки беспокойно и бесцельно бродили по саду. Все случившееся совершенно нарушило равновесие в школе.

Мэри Дов, очень хорошенькая, милая простоватая девочка, подошла к Клотильде.

– Можно мне походить с тобой, Клотильда, или ты занята чем-нибудь?

– Мне совершенно нечего делать, Мэри.

– Позволь мне походить с тобой, Кло. Я так зла.

Клотильда быстро взглянула на Мэри.

– Я тоже.

– В самом деле, Клотильда?

– Как может быть иначе?

– Так и ты расстроена из-за нашей королевы мая?

– Да.

– Клотильда, что же будет?

– Я не могу сказать тебе, Мэри. Но в библиотеке ты можешь открыть рукописную книгу и прочесть правила. Что касается меня, то я считаю эти правила строгими и думаю, что всякая девочка должна серьезно подумать, прежде чем решиться быть королевой мая. Тут требуется так много. Хотя одно время я жалела, что не могу удостоиться этой чести, теперь я очень рада, что этого не случилось.

Девочки дошли до беседки.

– Это самый несчастный день в моей жизни, – сказала Мэри Дов. – Плохо, что нет уроков; я хотела бы заниматься, как всегда. Все было бы совершенно иначе, если бы Китти была здесь. Ты знаешь, сколько у нас дел. Первый пикник, на который мы пригласим двух девочек Довел и трех Маркгейм, должен быть через неделю. Мы собирались переговорить сегодня об этом с Китти. Потом наши еженедельные приемы. Миссис Шервуд еще несколько дней назад говорила, как она надеется, что в этом году приемы будут блестящими. Она намеревалась открыть свой дом для всех желающих и ожидала, что новая королева мая сумеет придумать интересные развлечения. Ты, конечно, знаешь, Клотильда, что эти приемы – особенность Мертон-Геблса.

– Я знаю… я знаю, но в этом году вряд ли что выйдет.

– Вообще, это самый несчастный день моей жизни, – повторила Мэри. – Меня все это в особенности тревожит, потому что мама приедет в Лондон. Я получила сегодня письмо от нее; она спрашивает, может ли приехать на первый наш прием. Я так подробно их описывала ей. Первый прием должен быть в следующую субботу. Ты знаешь, что все эти празднества устраиваются самими школьницами. Конечно, ты знаешь это, Клотильда?

– Да, знаю. Я уверена, что Елизавета устроит все так же хорошо, как в прошлом году. Если ты тревожишься только об этом, Мэри.

– Это не все, – уточнила Мэри. – Меня тревожит мысль о бедной Китти, которая не будет играть первой роли. Клотильда, ты не думаешь, что ее развенчают и что она не будет больше королевой мая?

– Ничего не знаю, – покачала головой Клотильда, – я только чувствую себя несчастной. Послушай, Мэри. Загляни в глубину твоего сердца: не находишь ли ты во всем этом какого-то обмана?

Мэри схватила руку Клотильды и крепко пожала ее.

– Я… я не понимаю! – сказала она. – Ты пугаешь меня.

– Ну это неважно, что я испугала тебя. Почему ты побледнела? О чем подумала?

– Мне пришло на ум такое ужасное, что я не могу сказать.