Александр Дюма - Сальватор

«Начиная с 28 октября следующего года, в день рождения той, кого вы примите, вы будете получать от кюре деревни Буй по сто франков ежемесячно.

Дайте ребенку самое лучшее воспитание, какое только сможете. Научите ее вести хозяйство. Одному только Богу известно, какие ее ожидают в жизни трудности!

При крещении ей было дано имя Мина. Именно так она и должна зваться».

– Так звали ее мать, – прошептал генерал, находясь в состоянии сильнейшего волнения.

– Датировано это письмо, – продолжал Сальватор, делая вид, что не замечает волнения своего собеседника, – 28 октября 1812 года. Вы согласны с датой и с теми словами, что я привел?

– Да, дата точна, слова подлинны.

– К тому же, если бы у нас возникли в этом сомнения, – продолжил Сальватор, – мы могли бы просто убедиться, ваш ли это почерк.

И Сальватор вынул из кармана какое-то письмо и протянул его генералу.

Генерал быстро развернул письмо, прочитал и тут, словно его вдруг покинули силы, зарыдал.

Господин Сарранти и Сальватор молчали, давая генералу возможность выплакаться.

Через несколько минут Сальватор снова заговорил:

– Теперь, после того, как я убедил вас в том, что никакой ошибки тут нет, могу сказать вам всю правду. Ваша дочь жива, генерал.

Генерал от удивления вскрикнул.

– Она жива?! – сказал он. – Вы в этом уверены?

– Три дня тому назад я получил от нее известие, – просто ответил Сальватор.

– Она жива! – вскричал генерал. – Где же она?

– Подождите секундочку, – произнес Сальватор с улыбкой и тронул рукой локоть господина Лебатара де Премона. – Прежде чем я скажу вам, где она находится, позвольте мне рассказать вам, или скорее напомнить вам одну историю.

– О, говорите же! – сказал генерал. – Но только не заставляйте меня ждать бесконечно.

– Я скажу только то, что действительно необходимо, – ответил на это Сальватор.

– Да-да, говорите.

– Вы помните о ночи 21 мая?

– Еще бы не помнить! – воскликнул генерал, протянув руку Сальватору. – Конечно же, помню! Именно той ночью я имел счастье познакомиться с вами, друг мой!

– А помните ли вы, генерал, о том, что, отправившись на поиски доказательств невиновности мсье Сарранти в парк замка Вири, мы вырвали из рук одного негодяя некую девушку, которую тот похитил и которую мы с вами возвратили ее жениху?

– О, ну конечно же, помню! Этого негодяя звали Лореданом де Вальженезом, он опозорил имя своего отца. Девушку звали Миной, точно так же, как и мою дочь. А молодого человека, ее жениха, звали Жюстеном. Видите, я ничего не забыл.

– Так вот, генерал, – сказал Сальватор. – Вспомните-ка об одной детали той ночи. Возможно, она является самым главным элементом истории этих молодых людей. И тогда у меня к вам не будет больше никаких вопросов.

– Я помню, – сказал генерал, – что ее нашел, приютил и воспитал некий учитель, что потом она была похищена господином де Вальженезом из пансионата, находящегося в Версале. Вы об этом меня спрашиваете?

– Нет, генерал, это все часть истории, факты, как они есть. Я же спрашиваю вас, помните ли вы одну деталь, которая, по-моему, и является моралью всей этой истории. Прошу вас поэтому покопаться в памяти.

– Не знаю, что вы имеете в виду, друг мой.

– Тогда я вам подскажу. Что сталось с этими молодыми людьми?

– Они уехали за границу.

– Отлично. Они действительно уехали. И деньги на отъезд и проживание этим молодым людям дали вы.

– Не будем об этом, друг мой.

– Будь по-вашему, не будем об этом. Но это поможет нам подойти к одной важной подробности. «Меня удерживает одна мысль, – сказал я вам в момент отъезда молодых людей. – Когда-нибудь станут известны имена родителей девушки. И если они будут людьми благородными, богатыми и влиятельными, не ополчатся ли они против Жюстена?» Вы тогда мне на это ответили…

– Я ответил вам, – живо перебил его генерал, – что родители девушки не должны ни в чем обвинять человека, который приютил ребенка, покинутого родителями, который воспитал ее как сестру, который сначала спас ее от нищеты, а потом от бесчестия.

– А я добавил тогда, генерал, если помните: «А будь вы на месте отца этой девушки?» Генерал вздрогнул. Только теперь он увидел то, о чем до сих пор только догадывался.

– Договаривайте, – сказал генерал.

– Итак, – продолжил Сальватор, – если бы за время вашего отсутствия ваше дитя подверглось тем опасностям, которые пришлось испытать невесте Жюстена, простили бы вы человека, который вдали от вас заботился о судьбе вашей дочери?