Томас Майн Рид - Белый вождь

Привратник спал глубоким сном, а Висенса прокрадывалась с большой осторожностью, чтобы не разбудить его, – но, как только вышла за ворота, в ту же минуту побежала по дороге, ведущей в лес, где неподалеку от дома дона Амбросио ее ожидал Робладо с солдатами.

Капитан привел туда своих людей поздно вечером разными дорогами, чтобы никто не мог их увидеть и помешать исполнению его плана. Висенса уже не имела времени рассказать ему все, что она слышала, но передала то, что видела, и объяснила, почему задержалась.

– Нельзя терять ни минуты, – сказал капитан. – Свидание может окончиться, и добыча уйдет из наших рук. Было бы время, я велел бы нескольким уланам переправиться пониже, и они подошли бы к саду со стороны луга, но теперь уже поздно. Следует поторопиться и воспользоваться оставшимися минутами.

По приказанию капитана отряд разделился на несколько частей: Гомес, с помощью Висенсы, должен был занять внутренний двор и пресечь сообщение сада с домом. Два других отряда растянулись вдоль садовых стен – один справа, другой – слева, а Робладо с несколькими уланами перешел на другой берег по большому мосту, чтобы отрезать выход из сада. План был задуман хорошо. Робладо, часто прогуливавшийся в этом саду и прекрасно ориентировавшийся в этой местности, был уверен в успехе. Если бы ему удалось вовремя окружить Карлоса, прежде чем тот заметит, что подходят солдаты, вот тогда его бы схватили и убили. Буквально через пять минут после прихода Висенсы Робладо распорядился действовать. Еще через пять минут они выехали из леса, пересекли небольшое пространство, разделявшее их и дом дона Амбросио.

Бизон подал сигнал тревоги именно в тот момент, когда уланы начали окружать сад.

– Бегите! – закричала Каталина Карлосу. – Не беспокойтесь обо мне, они не осмелятся убить меня! Я не совершила никакого преступления! Пожалуйста, бегите! Пресвятая Богородица! Они идут сюда!

Действительно, уланы вошли во внутренний двор: одни стали у входа, другие устремились в сад, послышался стук их сабель. Карлос думал сначала пробраться через дом и через террасу в темноте позже соскочить вниз, но это оказалось невозможным: стены были слишком высоки, и мост оставался единственным средством спасения. Он признал, что допустил большую ошибку, возвратившись назад. Оставаться возле Каталины – значило вступить в неравный бой, попасть в руки врагов и, пожалуй, быть убитым, как собака. Так и жизнь Каталины могла подвергнуться опасности, а гораздо лучше было решиться на отчаянную попытку достигнуть рощи, где он оставил коня. Теперь он отрезан от своего коня. Правда, он мог бы позвать его, и тот мгновенно примчится, но враги погонятся за ним и, возможно, поймают его. А что он без коня! Это все равно, что самому лишиться жизни. Нет, коня нельзя звать! Карлос и не стал этого делать. Что же дальше? Осталось одно – сделать попытку вырваться из сада и достичь луга.

– Прощайте, моя любимая! – крикнул он. – Не отчаивайтесь: если я умру, то любовь вашу унесу с собой в могилу. Прощайте! Прощайте!

И он стремительно кинулся прочь, не ожидая ответа.

Каталина прошептала несколько слов, стала на колени и, сложив руки, начала молиться о спасении любимого человека.

В несколько прыжков Карлос очутился на конце сада, под сенью рощи. Неприятель занимал уже противоположный берег, солдаты громко перекликались между собой, и было очевидно, что их много. Сойдя с коня, Робладо приказал нескольким уланам тоже спешиться и следовать за ним. Карлосу предстояло с неимоверной быстротой прорваться через мост, пробиться сквозь толпу солдат и отражать нападение до тех пор, пока удастся окликнуть лошадь. Попытка была дерзкая и успех почти невозможен: Карлосу грозила неизбежная смерть, которая, однако, была еще неизбежнее, если бы он оставался здесь.

Времени для колебаний не осталось. Несколько пеших солдат приближалось к мосту. Его надо перейти раньше, чем на него ступят солдаты. Карлос бросился вперед с пистолетом в руке. Вот один уже на мосту – и Карлос очутился лицом к лицу с Робладо, от которого его отделяла только запертая калитка. Они не сказали ни слова друг другу, и Робладо, который тоже держал пистолет в руке, выстрелил первый, но так как промахнулся, то, страшась пули охотника, отпрянул назад и скомандовал солдатам дать залп из карабинов. Прежде чем солдаты успели исполнить команду, раздался выстрел Карлоса, и капитан, испустив громкое ругательство, рухнул на землю.