Томас Майн Рид - Белый вождь

Каталина и Карлос уселись на скамейке, оба очень взволнованные так, что некоторое время не могли вымолвить ни слова. Молодая девушка первая прервала молчание.

– Что с вашей сестрой? Как она? – спросила Каталина.

– Она возвратилась в хижину, которую я велел отремонтировать, и с тех пор она там. Дома будто чудом к ней вернулся рассудок. Изредка случаются приступы бреда, она будто заговаривается, но я надеюсь, что вскоре она выздоровеет окончательно.

– Это меня очень радует. Бедняжка! Сколько ей пришлось выстрадать в руках этих грубых, безжалостных дикарей!

– Действительно, грубых и безжалостных, Каталина! Они заслуживают именно этого названия и вашего негодования, хотя вы, собственно, и не знаете, о ком говорите.

– Как? – удивленно воскликнула Каталина, которая все еще разделяла общее мнение относительно того, что сестру Карлоса захватили индейцы. – Разве ваша сестра не была в плану у индейцев?

– Нет. Как раз для того, чтобы разъяснить это недоразумение и объяснить вам свое поведение, я и умолял вас о свидании. Я хотел раскрыть пред вами то, что могло показаться вам непонятным в моем поведении. А теперь выслушайте меня.

И Карлос рассказал своей подруге обо всех подробностях ужасного заговора, задуманного двумя офицерами. Каталина была потрясена.

– Какие же негодяи! – воскликнула она. – Кто бы мог предполагать подобное зверство? Какая жестокость! Я ни за что не поверила бы этому, Карлос, если бы не вы мне рассказали. Я слышала уже о подлости этих людей, но такого кошмара и представить не могла, это уже сверх меры! Непостижимо!

– Теперь вы знаете, заслуженно ли меня называют убийцей.

– О Карлос, не думайте так! Я не верила этому ни одной секунды. Я знала, что правда на вашей стороне. Но не бойтесь: все выяснится, и суждение света…

– Свет! Он не существует для меня, – с горечью перебил Карлос. – У меня нет крова, нет больше отечества. Для тех, с кем вместе вырос, я до сих пор чужестранец, едва терпимый, отверженный еретик. А теперь вообще я беглец, за голову которого назначена награда согражданами. Право, если я подумаю о сумме, обещанной в объявлениях, то даже удивляюсь, что стою таких больших денег!

При этих словах охотник не мог удержаться от ироничного смеха. Он продолжал:

– Всю вселенную для меня составляете вы, Каталина. Но я оставлю вас только в своем сердце, потому что вынужден проститься с вами. Меня здесь ожидает смерть, даже хуже – пытки. Поэтому я должен возвратиться на свою родину, родину моих родителей, к своим родственникам, с которыми расстался в самом раннем детстве. Может быть, я найду там и кров, и новых друзей, но без вас я не смогу быть счастлив никогда!

Каталина дрожала, опустив наполненные слезами глаза. Она не смела высказать мысли, мелькнувшие у нее в ту минуту. Но нерешительность и ложная скромность не были особенностями ее характера. Да и не время для их проявления. Будущее ее и счастье любимого человека зависели от одного слова. Наклонившись к Карлосу и взяв его за руку, она сказала ему нежным, но твердым голосом:

– Карлос, вы хотите, – я поеду с вами?

Карлос обнял и поцеловал ее.

– Боже! – воскликнул он. – Возможно ли это? То ли я услышал? Так ли понял? Вы, вы сами предлагаете мне то, о чем я не смел и подумать!.. Я хотел предложить вам это, но не смел. Неужели вы решитесь покинуть все ради меня? Бога ради, повторите! Неужели это правда? Вы согласны уехать со мной?

– Да, согласна, – коротко и решительно ответила она.

– Значит, я снова нашел счастье! Я так счастлив! Но на восемь дней я потерял счастье и обрел страдания, ибо восемь дней назад я тоже был счастлив, Каталина. Странный, удивительный случай привел меня тогда на дорогу к богатству. Я надеялся завоевать вас или, по меньшей мере, быть принятым вашим батюшкой. Посмотрите! – сказал Карлос, показывая полную горсть блестящего металла. – Это золото, я открыл его целый рудник и рассчитывал сравняться с вашим отцом в богатстве и затем получить его согласие. Теперь, к сожалению, он оттолкнет меня, сейчас и золото не поможет… Но ваши слова придают мне бодрости, они возвратили мне счастье. Не заботьтесь о состоянии, которое оставляете, не думайте, что вы его теряете: у меня есть средства доставить вам другое, может быть, еще более значительное. Я знаю и скажу вам подробно, где можно добыть его. В эту же ночь…

Тут его прервала осторожная Каталина, которая неожиданно услышала шелест в кустах за беседкой, словно листья зашевелились от ветра. Но ветра совершенно не было, ни дуновения, ни звука, откуда же взялся шелест? Оба они встали, осмотрели кусты, но не заметили ничего тревожного. Луна склонялась к горизонту, небо потемнело, однако на некотором расстоянии можно было еще различать предметы.