Антонов Акимович - Крик

– Ну ты все-таки не так азартно около генеральной прокуратуры, – говорю я.

– А я у вас в штате не состою.

– Неделю тому назад Володьку Макаровского арестовали.

Отец из моих рассказов знал о Володьке. Знал, что тот работает генеральным директором.

Отец даже побледнел и притих.

– Он же пешка, как и вы все. За что вы Ваньку-то Морозова, ведь он ни в чем не виноват.

– Вот тебе и не виноват.

– А ты менеджеры, менеджеры. Вот тебе и мененджеры ночные.

– Ну вас то не трогают? – осторожно спросил отец.

– Пока не трогают.

4

Их почему-то было трое. Я хотела закричать, что так не договаривались, но не смогла, не получается почему-то, хочу закричать, а не получается. И мне стало страшно. Ну и другое странно – нет изготовленных оборонкой масок. Я совершенно свободна. В квартире почему-то полумрак. Я еще подумала «Зачем это? Я ведь все равно не вижу?» Это я подумала, а потом до меня дошло – я же вижу. Выходит, правила изменились. Я боялась, что сейчас начнется как обычно, а их трое. И к тому же я не знаю программы действий. Они двигались по квартире, но не разговаривали и никаких действий не предпринимали. И вдруг я с ужасом обнаружила, что это происходит в моей квартире, рядом в комнате отец, а в маленькой комнате Степка. А может быть это просто обыкновенные грабители. Ужас охватил меня. Я осторожно села на кровати, соображая, что предпринять. Даже встала. И тут они стали исчезать. Как бы растворяться в воздухе квартиры. Я осторожно заглянула в комнату Степки. Прошла на кухню. Подошла к двери входной и потрогала замки. И тут до меня стало доходить, что это, наверное, сон. Но я же точно видела мужские фигуры. Правда они не разговаривали, и совершенно не обращали на меня внимание. Наконец я полностью пришла в себя, выглянула на улицу. Уже начало светать, на улице ни живой души. Весь двор засыпан снегом, свежим, белым, снег на крышах припаркованных автомашин. Из соседнего подъезда вышел мужчина и пошел в сторону остановки. Я пригляделась внимательнее. Нет. На моих гостей не похож – рост меньше почти на голову, к тому мои были без верхней одежды. И тут до меня дошло окончательно. Ведь если бы это были грабители, они должны были быть в верхней одежде. На улице зима все-таки.

Наверное, это у меня со страху глюки начались.

В офисе за чаем я рассказала о ночных пришельцах. Все естественно хохотали до упаду.

– На кого же они похожи, симпатичные хоть были? – смеялась Светка.

– Лиц-то я не разглядела. Все как в немом кино. Вот точно, как в немом.

– А к тебе они приставали? – поинтересовалась Алька.

– В том-то и дело, что нет. Будто они сами по себе, а я сама по себе. Будто мы в разных пространствах. Но я же села на диван, смотрела на них. Я помню, что очнулась уже в сознании.

– Пора к психиатру, – сказала Алька.

– Экспертизу назначат, как Володьке Макаровскому – откликнулась Светка.

– Не каркай, – оборвала ее Алька и вдруг сказала. – А знаете что, девки, пора нам с вами в церковь сходить. Самое вроде время. Кто-нибудь из вас хоть раз был там? Хотя бы из любопытства?

– Я была, – сказала Светка. – Когда мой благоверный начал пить запойно. Ходила несколько раз, свечки ставила. А однажды в церковь в Серпухов ездила. Там какая-то икона стоит в храме. Бабы, когда мужики в запое к ней обращаются с просьбами. Говорили, помогает. Но мне не помогла. Поэтому я больше в храм не пойду. К тому же меня ужасно раздражают разные бабки при храме. Глядя на них еще несчастнее становишься. Так что вы идите, а я не пойду.

– А что, – говорит Алька мне. – Давай сейчас и поедем. Пока пробок на улицах не очень. Какая тут ближайшая?

Она открыла интернет. Ближайшая к нам церковь была на Варварке. Удобней всего – и Красная площадь рядом, и мавзолей Ленина. И мы с ней поехали. Она припарковала свой «опель» в переулке. Мы вошли в церквушку – совершенно простая, без византийского излишества. И как раз происходило крещение младенца. Нам сказали, что можно присутствовать. Младенец – девчушка, очевидно, возраста около года плакала навзрыд, обняв за шею молодого парня. По всей видимости, отца. Потом оказалось, что это приятель отца, а отец в числе других стоял рядом и снимал все на камеру. Мне священник понравился. Лицо у него моложавое, высокий, стройный, но борода уже седоватая. Он что-то там читал. Но мне больше всего понравилось, как он подходил к этой девчушке. И как-то просто говорил: «Анюта, ну хватит тебе. Ну что ты так испугалась. Ты же уже большая девочка. Ну, поплакала и хватит»