Евгения Петрова - Рик – морское чудовище

И тут же растворился в воздухе. Алекс облегченно вздохнул, он чувствовал, как рабская его половина все время готова была согласиться с тем, что ему говорили. Однако он был очень рад тому, что выдержал, настоял на своем и, как ему казалось, не упустил свой шанс. «Да, не так-то просто служить нечистой силе?!» – бормотал Алекс, осушая вторую бутылку виски.

Роден недолго думал, где ему достать необходимые деньги, он был очень хорошо знаком со всеми правилами бытия человеческой цивилизации и поэтому сразу же отправился в ближайший банк, который находился за углом соседнего дома.

Можно было бы дожать программу, вложенную в голову Алекса, до конца, но тогда бы он превратился в натурального Зомби: ни чувствовать, ни соображать он тогда не будет, только сможет выполнять команды, но такой исполнитель Родену не нужен. Для выполнения необходимой задачи, все-таки нужна гибкость ума, а потому программа пока подключена наполовину. Хорошо, что в характере Алекса обнаружилась такая черта, как жадность. У продажного человека нет ни совести, ни чести.

Достать деньги было просто: зайти в банк и взять их; для Родена это мероприятие не составляет большого труда.

Став невидимым, он вместе с одним из посетителей у него за спиной вошел в здание банка, прошел вглубь и опять так же, теперь уже с сотрудником данного учреждения, благополучно попал в хранилище. Раскрыв свой мешок-невидимку, он быстро, пока служащий зашел за стеллажи, заполнил его большими упаковками зеленых банкнот, забив до отказа, водрузил его себе на спину и стал ждать.

Сотрудник, наконец, вышел и, проходя мимо стеллажа, с которого Роден забрал деньги, уставился на пустые полки. Не веря своим глазам, он стал беспомощно оглядываться, будто боялся напороться на грабителей, но никого не увидел, слегка приободрился, вспомнил про телефон, трясущимися руками набрал номер охраны банка. Та не замедлила появиться. И когда заходил последний, Роден слегка отодвинул его в сторону, чтобы успеть выйти, пока дверь не захлопнулась. Страж порядка покрутил головой, никого не увидел, однако, заметил, что дверь хранилища слегка притормозилась, будто что-то громоздкое протиснулось наружу. Роден же все так же без проблем вышел из здания банка даже не потрудившись подождать выходящих.

И тут же за его спиной завыли сирены, это полицейский спецназ за пару минут оцепил ближайший жилой квартал, начав оперативную работу по задержанию преступника.

Родэн стоял за дверью, напротив квартиры Алекса, и нажимал на дверной звонок. Впервые он пытался зайти в помещение через дверь. Виртуально проникнуть в квартиру он не мог, мешок с деньгами был вполне материален, хоть и состоял из невидимой тончайшей ткани. Звонил он долго, пока, наконец, не послышались странные звуки – за дверью стонали, то хрюкали, то охали, пока не доползли до прихожей и не встали на карачки.

«Чего надо? Свои все дома», – Алекс раскрыл дверь и Родэну предстала не очень лицеприятная картина. Его подопечный, стоя на коленях, в одной руке держал стакан с мутной жидкостью, которую он пытался влить себе в рот, только это у него плохо получалось: рука никак не могла поднести стакан ко рту, ее все время уводило в сторону, левой рукой Алекс пытался подправить правую в нужном направлении. Жидкость выплескивалась из стакана, обливая под распахнутой рубашкой его грудь. Родэн взял Алекса за шиворот и втащил в комнату, тот почти не сопротивлялся.

«Ах ты, горький пьяница, вот ведь выбрал помощничка!». Ополоснув его под душем, Родэн вернул Алексу его нормальное состояние, а когда тот увидел на полу кучу новеньких упаковок зеленых банкнот, окончательно протрезвел. С вытаращенными от восторга глазами, вновь опустившись на колени, стал гладить, переставлять, целовать, пытаясь пересчитать глянцевые пачки, но у него ничего не получилось.

«Да сколько же здесь?» – Алекс заглядывал Родэну в глаза, как верный до гроба пес.

«Пятьдесят миллионов». Руки Алекса тряслись.

«Ты мне дашь хоть немного отсюда? Ведь два миллиона должны быть точно мои. Ты обещал», – Алекс ловил полу пиджака Родэна и чуть не валялся у него в ногах; теперь над ним возобладала рабская его половина. Родэн презрительно отстранялся.

«Перестань, не распускай нюни, все эти деньги твои. В нашей космической колонии нет такой категории, как денежная единица, они мне абсолютно ни к чему». Но тут настроение Алекса резко поменялось, он ужаснулся: «А где ты их взял? Полиция обнаружит их у меня, и я до конца жизни буду находиться в тюремных застенках».