alexz105 - Отражённый блеск

Поттер выстрелил в потолок храма ярким шаром Люмоса и подвесил над своей головой нож Блэков, размножив его заклинанием Джеминио. Этот прием уже не раз помогал ему защищаться от многочисленных врагов. Копии клинка развернулись над ним веером, образовав над головой что-то вроде сверкающего нимба.

Нападающие замерли, с испугом рассматривая в ярком свете белокожего незнакомца в мантии. Вдруг один из них уронил нож на пол, рухнул на колени и, простирая руки к Гарольду, завопил:

— Меновачи деви Кали!!!

Вслед за ним вся толпа этих бесноватых повалилась на колени и принялась выкрикивать на разные лады ту же самую фразу. Они бились лбом в пол и пытались униженно подползти к нему. Они тянули руки, чтобы дотронуться до его одежды. Гарольд затравлено огляделся по сторонам. Разрешить им дотронуться до себя, было нельзя ни при каких обстоятельствах. Пусть они при виде него хоть писают кипятком, хоть срут кирпичами, но трогать себя он не позволит!

— Назад! — усиленный Сонорусом голос громовым ударом отразился от свода храма.

Эти обитатели храма могли и не знать английского, но почувствовали интонацию и увидели предостерегающий жест незнакомца. Толпа отпрянула, но не разбежалась, как надеялся Поттер. Они уселись вокруг него и, ритмично раскачиваясь, начали бить в ладоши и что-то гнусаво напевать.

— Камош! — раздался чей-то гневный возглас и все разом замолчали. Тишина упала на храм. Лишь нож Блэков и его копии негромко жужжали над головой Гарольда.

Толпа расступилась и пропустила к Гарольду высокого старика одетого очень скромно, если не сказать — бедно.

Поттер сразу узнал его. Это был главный жрец храма Кали, который год назад удостоил беседы ныне покойного Люциуса Малфоя.

— Кто ты и что привело тебя сюда?

— Ты сам хочешь это узнать? Или они тоже? — Гарольд пренебрежительно кивнул на толпу.

— Назови себя!

— Я, Гарольд Поттер, глава магов Британии.

Лицо жреца исказила злоба. Все остальные очевидцы разговора тупо крутили головами, не понимая, что происходит.

— Зачем ты пришел?

— Я пришел, чтобы отдать долг.

В лице жреца что-то неуловимо изменилось. Казалось, он напряженно размышлял, а потом, словно приняв какое-то решение, потребовал:

— Поклянись в том, что говоришь правду.

— Поклясться? — удивился Гарольд. — Зачем? Я принес долг с собой и не собираюсь обманывать тебя.

Жрец неуступчиво помотал головой.

— Поклянись!

— На чем я буду клясться? — потерял терпение Поттер.

— А хотя бы на своем ноже, — мерзко прищурился жрец, — это ведь твоя реликвия, не так ли?

Гарольд пожал плечами. Глупо было клясться, что ты принес деньги, если они у тебя в кармане. Проще показать. С другой стороны он понял, что старик уперся и без клятвы дело с места не сдвинется. Он протянул руку, и нож прыгнул в нее, как черная молния. Копии остались висеть над головой. Обитатели храма дружно ахнули.

— Хорошо. Я, Гарольд Поттер, клянусь, что прибыл сюда для того, чтобы отдать долг храму богини Кали! Доволен?

Жрец смотрел на Поттера с каким-то странным выражением, словно тот был его новым приобретением, с которым надо было решить, как поступить. Гарольду показалось, что он прочел во взгляде старика только алчность, но это было нечто иное.

— Сисибах аникья! — резко выкрикнул старик.

Служителей храма — словно ветром сдуло. Они поспешно вскочили и бросились в разные стороны, разбегаясь по тем норам, из которых их вытащило вторжение Поттера.

— Следуй за мной. И можешь убрать оружие. Ты в безопасности.

Гарольд четко знал, что в безопасности он может быть только в своем мэноре. И чтобы рядом Луна на скамеечке. А быть в безопасности в храме Кали? Позвольте не поверить, уважаемый жрец!

Поэтому нож Блэков и его копии он убрал, а вот заклинание Глаз Врага оставил. Оно не сработало бы только в том случае, если бы на него напали слепые от рождения люди. Но представить себе слепого асасина, или как тут у них — этого… шамшиаса, кажется. Так вот такой вариант представить было сложно. И Гарольд решил, что он защищен достаточно надежно.

Еще раз осмотревшись по сторонам и не обнаружив ничего подозрительного, Поттер пошел вслед за главным жрецом храма.

* * *

— И как же ты собираешься отдавать долг, чужеземец? — Жрец уселся на низкий диван со спинкой в виде валика и указал гостю место на подушках перед собой.

— Э-э-э, почтеннейший…

— Зови меня Амрит.

— Почтеннейший Амрит, это как раз не сложно.