alexz105 - Отражённый блеск

Начало было многообещающее. Нехорошее было начало. Снейп внутренне сжался. «День гнева», — подумал он и покосился в окошко. Точнее, ночь. Впрочем, уже светает.

— Шаннах, я прошу тебя…

— Я не услышала ответа!

— В нашем мире женщины имеют равные права с мужчинами, хотя зачастую находятся от них в материальной или моральной зависимости, — Снейп со скучающим видом смотрел в стену. — Впрочем, очень часто бывает и наоборот.

— Значит это только мне, дуре, так повезло. Но почему все вокруг меняются в лице при виде меня? А некоторые даже хватаются за сердце или что там у вас с левой стороны грудной клетки? Надеюсь, не печень?

— Послушай, Шаннах…

— Нет, это ты меня послушай, мистер Снейп! — перебила она его. — Кого видят вместо меня учителя в Хогвартсе, а теперь и эти твои Малфои? Почему смотрят на тебя, как на больного ублюдка? Что все это значит? Или ты мне сейчас же все рассказываешь, или я знать тебя не хочу! И с завтрашнего дня я сама начну искать ответ на это вопрос!

Ну вот. Выставила ультиматум, как капризный ребенок. Или говори, или «забирай свои игрушки… и не писай в мой горшок»! А как тут объяснять, если он и сам до сих пор ни черта не понимает…

— А если я тебе скажу, что сам еще в этом не разобрался, ты мне поверишь? Ты потерпишь, пока я не разберусь во всем? Сейчас я могу только пообещать, что обязательно расскажу тебе все без утайки, как только буду уверен, что разгадал эту загадку!

Вообще-то прием не самый честный, но что прикажете делать?

Шаннах впилась в него взглядом. Наивная девочка! Он выдерживал ментальные атаки Воландеморта. Да и что можно увидеть в его мыслях? Ее облик и его чувства к ней давно уже единое целое. Зацепиться здесь не за что. Противоречия нет — ни тайного, ни явного.

— Я скажу, что верю тебе. Верю, несмотря на то, что ты сейчас снисходительно жалеешь дурочку, которая не сможет узнать правду, даже если распотрошит твой мозг!

Снейп потерял дар речи. Вот это да!

Получается, что, она легко обошла его защиту и просто не пошла дальше. Не пошла потому, что он попросил ее не ходить туда… Ни один здравомыслящий человек не поступил бы так на ее месте. Что же ее остановило?

Сердце Снейпа сильно и почти болезненно стукнуло в той самой левой стороне грудной клетки, которая слава Мерлину, все же была далека от печени.

«Любовь, Северус. Просто она тоже тебя любит!»

Снейп и не заметил, как оказался перед девушкой на коленях…

... Наверно, все эти годы военной муштры научили Шаннах так мгновенно и крепко засыпать. Еще несколько минут назад она глухо стонала, чувствительно прихватив его зубами за кожу чуть повыше ключицы, а сейчас уже свернулась калачиком, вцепилась в его руку, и уморительно сопит во сне — точь-в-точь, как детеныш домового эльфа. Снейп устроился поудобнее в разворошенной кровати, но, несмотря на то, что все тело просто звенело от усталости, сон не шел.

Он мысленно попытался вернуться к утренним событиям, но перед внутренним взором все время всплывали совсем другие картины.

Шаннах, эта маленькая хвостатая комета, не оставила ему ни секунды на раздумья. И вот уже губы судорожно искали губы, а руки поспешно нашаривали все эти дурацкие застежки. Потом, потом разберемся, что уцелело!

Она была непривычно напориста и даже агрессивна, как будто пыталась наказать его за дни мучительных раздумий и сомнений. Но напряжение прошедших суток все же дало о себе знать. И сумасшедшая гонка обернулась томительной нежностью. Это была уже не магия, это было что-то больше и сильнее ее. Два тела, спорящих друг с другом в бешеной скачке, вдруг превратились в одно, соединенное в поток медленного, тягучего танца рук и губ, безошибочно находящих то, что так отчаянно ждет прикосновений именно сейчас.

И им мало огромной антикварной малфоевской кровати, и она снова не жалеет его крепко ушибленные ребра, а он не замечает боли. Он вообще ничего не замечает — бархатистость ее кожи, чуть сладковатый вкус самых потаенных уголков ее тела и легкие прикосновения золотистых прядей к лицу вызывают острое, почти болезненное возбуждение, требующее немедленной развязки.

И он на секунду останавливается, чтобы почувствовать, как ее тело выгибается в его руках дугой, ощутить острую боль от ее зубов и услышать первый полувсхлип-полустон. А потом отпускает и себя.

И плотные гобеленовые шторы создают вполне реальную иллюзию того, что утро еще далеко…

Церемонию обставили с максимальной торжественностью.