alexz105 - Отражённый блеск

«Слушай свое сердце», — всплыло в ее памяти.

«А я что, до этого всю свою жизнь задницу слушала?» — мрачно подумала девушка, посмотрела на собирающегося в дорогу домовика, поморщилась от непроходящей боли в висках и стала ему помогать…

* * *

Снейп уже заканчивал свое ежедневное занятие с Глимми у Арки. Мелкий засранец сегодня превзошел сам себя. Мало того, что с последнего раза они не продвинулись ни на шаг дальше, так он еще всю душу вымотал зельевару своими жалобами и хныканьем. Кики ему подай, пи-пи он хочет, а ты, «дюдюка», шел бы прямо отсюда к самой «блюке».

Кстати о «блюках». Этим сомнительным сочетанием букв Глимми обозначал блэкморов. Над Поттер-мэнором их было предостаточно, и наблюдательный малыш давно понял, что их надо бояться. Так что фраза «Дюдюка гуляет к блюке» была в лексиконе эльфеныша аналогом откровенного пожелания няньке Снейпу отправиться в пасть дементору.

Ругаться вообще-то не разрешалось, но малыш просто гениально перенял манеру Кикимера ворчать себе под нос, если ему что-то не нравится. И теперь, когда Снейп слышал невнятное бормотание, в котором проскальзывали «дюдюки» и «блюки», ему не трудно было догадаться, о чем идет речь.

— Ладно, пошли. Но учти, Глимми, если ты так будешь стараться, то не увидишь своего отца еще очень долго!

В ответ Глимми выдал ему кучу негодующего бормотания, из которого следовало, что Глимми старается, но во всем виноваты «блюки», которые летают, а раз сегодня дождик, так они еще и водой брызгаются! И вообще, пора звать Кики, а то «дюдюки» сегодня было очень много. Примерно так.

Снейп кисло выслушал мелкого хитреца и пообещал ему, что если он в следующий раз не будет стараться, то «дюдюки» будет еще больше, а вот Кики не будет совсем.

Малыш испуганно замолчал и нахохлился, но Снейп подошел к нему и дружески придвинул ногу. Эльфеныш просиял и, карабкаясь по ней обеими руками, как по стволу дерева, забрался на плечо зельевара и уселся на нем весьма довольный жизнью.

— Хитрец! — добродушно констатировал Северус и направился к выходу из пещеры.

В этот момент Арка полыхнула ярким синим светом.

Снейп замер на месте, а потом быстро метнулся за выступ стены. Снял с плеча Глимми и засунул его в каменную нишу. Палочка была уже в его руке, и он напряженно вслушивался в звуки, раздающиеся из Арки. Как он хотел услышать голос Поттера, но опасался вместо этого получить дребезжащий смешок Дамблдора или Фламеля. Если это они, то что делать? Сражаться или заключить временный союз против возрожденного Воландеморта? Правильнее — первое, а умнее — второе.

Надо выбрать между умом и совестью до того, как эти белобородые упыри вылезут из Арки. Потом будет поздно. Снейп последний раз взвесил ситуацию на своих внутренних весах. Нет. Иметь дело с коварными старцами он отказывается. Значит — сражаться. Северус крепче сжал палочку.

Вот! Арка распахнулась и в ее сиянии появился темный силуэт. Один! Это не может быть Поттер. Приземистый и полноватый маг — это Фламель!

— Ступефай! — взревел Снейп.

Красный луч с его палочки ударил пришельца прямо в грудь. Раздался удивленный вскрик. Маг выронил какой-то сверток. Кто-то щелкнул пальцами, и пещера погрузилась во тьму. Арка тоже погасла. Темноту прочертила пара невербальных заклинаний, потом раздался свист камня, сочные шлепки ударов и невнятные ругательства.

— Госпожа, это мистер Снейп! — отчаянно заверещал Добби откуда-то с пола.

— Какой еще Снейп? Этот козел чуть не убил тебя!

Вспыхнул свет.

Зельевар лежал на полу. Его палочка, выбитая из рук, валялась в углу пещеры. Шаннах, умелым захватом перекрутившая ворот его мантии, была близка к тому, чтобы придушить волшебника, который вчистую проиграл защитнице Матери рукопашную схватку.

Добби поспешно щелкнул пальцами. Ворот мантии Снейпа, словно отсеченный лезвием, остался в руках у Шаннах, а зельевар тряпичной куклой шмякнулся на землю, издавая полузадушенные проклятия.

— Оставьте его, госпожа! — завопил домовик, видя, что не остывшая от схватки воительница намеревается добавить своему сопернику хорошего пинка.

— Ладно! — девушка неохотно отошла от жертвы магловских боевых искусств. — Ты не ранен, Добби?

— Добби? Папа Добби? — заверещал малыш из-под потолка. — Я тут! Глимми тут. На меня! На Глимми!

Домовик застыл на месте, как громом пораженный, а потом с восторженным писком подбежал к стене и начал карабкаться по ней к сыну, совсем забыв о своей магии. Шаннах осторожно вытащила из ниши эльфеныша и вручила потерявшему от счастья дар речи отцу.