Роберт Говард - Долг стрелка

Глаза моего товарища молили о помощи и были полны невыразимого ужаса, но все же он нашел в себе силы с мучительным ревом высвободить одну руку, ухитрился вытащить револьвер и, не целясь, выстрелил в темноту. В тот же миг я почувствовал, как щупальца меня отпустили, и рухнул на пол пещеры. Вскочив, я услышал тошнотворные звуки скользящего прочь монстра.

Голландец схватил меня за руку и потащил по пещере. В сером свете его лицо казалось голубоватым, он шатался и тяжело дышал.

— Быстрее, быстрее, — приговаривал он. — На идола, на идола, на идола, пока тварь не вернулась!

Мы добежали до статуи и, заткнув оружие за пояс, начали быстро взбираться на нее; это оказалось не так трудно, как думалось вначале. Гонимые ужасом, мы в мгновение ока оказались на нелепых плечах колосса и вцепились в его дурацкую голову. Только тут мы смогли перевести дух.

— Что это было? — прошептал я.

Голландец глубоко вздохнул.

— Не знаю. Еще немного — и мне бы конец, проклятье! Я чуть не задохнулся. Оно очень, очень большое, вот все, что я знаю!

— Спрут? — предположил я.

— Не знаю! — повторил он. — Если и спрут, то такой, каких я никогда еще в жизни не видел! Больше слона! Надо что-то делать, потому что тварь вернется и стащит нас с этого идола. Моя пуля ее не задела, она удрала просто потому, что ей не понравился грохот выстрела. Слушай…

Мы застыли и услышали звуки ужасного скольжения в темном коридоре.

— Оно возвращается! — в страхе прошептал я.

Голландец в отчаянии огляделся. Сидя на плечах идола, мы находились почти под самым потолком пещеры. Посмотрев наверх, он вдруг произнес:

— Держи меня крепче, чтобы я не упал! — и вскарабкался на уродливую голову статуи, балансируя на ней.

Я крепко держал его за ноги, глядя, как он карабкается к потолку. Он почти распластался на наклонном камне и с силой толкал спиной каменную плиту. К моему удивлению, плита, размером примерно в четыре квадратных фута, подалась, чуть не сбросив нас с нашего насеста.

Пещеру залил свет. Голландец, ухватившись за край отверстия, выбрался наверх, потом наклонился и схватил меня за запястья. Услышав странный звук, я обернулся — и то, что я увидел, заставило меня действовать гораздо быстрее. Четко разглядеть чудовище я не мог, но оно было внизу, похожее на огромную тень, мрачную и зловещую, и длинные щупальца извивались над ним. Монстра освещали два желтых ослепительных огня, похожих на адские угли.

Голландец тоже это увидел и с приглушенным криком ужаса с силой рванул меня наверх, протащил через образовавшийся люк и быстро его захлопнул.

Мы с облегченным вздохом огляделись.

Это была маленькая комнатка, выдолбленная в скале, без единой двери, только с лестницей, которая вела к потолку, к сияющему там отверстию. Поднявшись по лестнице, мы обнаружили наверху еще один люк. Голландец подпер его мощными плечами и изо всех сил толкнул. Я, затаив дыхание, следил за люком, моля бога, чтобы крышка подалась. Так и вышло: она сдвинулась, мы выбрались на солнечный свет и поспешили плотно ее захлопнуть. Только когда каменная плита легла на старое место, мы позволили себе оглядеться вокруг.

Мы очутились на развалинах того, что когда-то, вероятно, было замком. Мраморные плиты пола потрескались от времени; крыша, если и была, давно обвалилась. Судя по размерам помещения между обвалившимися стенами, замок был огромным: высота остатков стен в некоторых местах достигала десяти-пятнадцати футов. Заросшие лишайником и мхом развалины создавали впечатление глубокой древности.

Развалины стояли на вершине небольшого, довольно крутого холма, покрытого густой, роскошной травой, но лишенного деревьев. Зато у подножия стеной стоял густой лес, и лишь на востоке в нем виднелась брешь, через которую я разглядел гряду скал и синее море. К югу, возвышаясь над деревьями, тянулся ряд расплывчатых, туманных холмов.

Весь остров производил весьма странное впечатление. Здесь не пели птицы, не жужжали насекомые, не веял ветерок. Весь пейзаж дышал невероятной древностью, и сильнее всего это ощущалась в том месте, где мы стояли.

Поняв друг друга без слов, мы с Голландцем спустились по склону холма и вошли в лес. Деревья здесь достигали невероятной высоты, но густой подлесок мешал продвигаться вперед. Деревьев были каких-то диковинных пород; я, к примеру, никогда не видел ничего подобного, но Голландец поклялся, что некоторые виды исчезли с Земли еще в незапамятные времена.