Макс Брэнд - Укротитель диких

– Из твоего рассказа я понял, – продолжал майор, – что это случилось в сумерках и ты вряд ли видел вора?

– Да ну? – сказал Террис. – Чтобы увидеть такую рожу, дневной свет не нужен. Этот урод несет фонарь на носу своего корабля!

Говоря это, он заливался высоким кудахтающим смехом.

Майор вздохнул. Было абсолютно ясно, что Черная Стрела настолько безобразен, что его легко узнать с полувзгляда из тысячи даже более безобразных соплеменников.

Поэтому он обратился к Черной Стреле:

– Этот человек говорит, что вы тот самый апач, который украл его кобылу и жеребенка. Он видел вас вечером в тот день.

– Когда? – спокойно спросил Черная Стрела.

– Десять дней назад, – ответил майор.

– Десять солнц назад я был в лагере, – сказал апач. – Бешеный Бык знает, где я тогда был.

Бешеный Бык немного подумал и кивнул.

– Это правда, – подтвердил он. – И десять дней назад, и четырнадцать дней назад он был в лагере.

Колонист достаточно хорошо знал испанский, чтобы понять ответ. Он злобно зарычал:

– Вы собираетесь позволить этим ворам апачам лгать вдвоем и судить меня? Разве слово одного белого не дороже лжи тысячи этих головорезов?

Майор снова вздохнул. Было ясно, что ему хотелось бы судить справедливо, но он вряд ли знал, что должен делать.

Наконец он сказал:

– Слово одного человека против слова другого.

– Двух человек против одного, – поправил его Рори Мичел.

– Да кто ты такой?! – заорал колонист, поворачиваясь к нему.

Террис вытянул руку и начал угрожающе трясти костлявым указательным пальцем на юношу:

– Ты один из них: ни рыба, ни мясо, ни дерьмо, потому что ты их человек! У тебя в глазах дым и жирная кожа! Как ты смеешь сидеть здесь и говорить, что слово двух врунов индейцев стоит больше клятвы честного, стоящего на своих ногах, платящего налоги гражданина Соединенных Штатов Америки?

Рори с напряжением смотрел на него.

– Дружище, – сказал он, – ты выглядишь как канюк, но говоришь как ворона. В твоем карканье нет никакого смысла.

Колонист бросился вперед к майору.

– Я должен стоять здесь и позволять оскорблять себя? – заорал он.

– Выйдем отсюда, – сказал ему Рори. – Там, в долине, много места, где я скажу, что на самом деле думаю о тебе, о твоем поведении, о кобылах и жеребятах!

– Ну нет! Там ты убьешь меня, а твои индейцы тебе помогут! – не согласился колонист.

– Террис, – обратился к нему майор, – ты уверен, что этот человек, Черная Стрела, украл твой скот? Только не забывай, что ты дал клятву!

– Так же уверен, как в том, что меня зовут Дик Террис, – заявил разозленный колонист. – Этот человек здесь? – Он повернулся к Черной Стреле и крикнул: – Ты вор!

– Мы уже достаточно слышали, брат, – сказал Бешеный Бык, поднимаясь на ноги.

Черная Стрела тоже встал, насмешливо улыбнулся майору, Террису и повернулся к выходу.

И тут произошла трагедия.

Негодяй Террис стоял между майором Талмаджем и входом в палатку. Он сразу же заорал на майора, не собирается ли тот отпустить этих красных бандитов до того, как ему вернут или заменят украденных животных.

Майор, явно не способный принимать быстрые решения и, очевидно, сбитый с толку внезапным намерением индейцев уйти, только разинул рот, оказавшись не в состоянии произнести ни слова. От нахлынувших на него эмоций он раздулся и покраснел. И это все!

В это время Черная Стрела проходил мимо Терриса. Для злобного колониста это уже было чересчур. Он резко выставил ногу, сделав индейцу подножку.

Это хитрое движение сбило бы с ног большинство мужчин. Черная Стрела нырнул вперед, но тут же восстановил равновесие и обернулся, держа в руках нож.

Но Бешеный Бык мгновенно перехватил его руку. Однако Террису хватило и блеска стали.

– Убийца! – заорал он и, выхватив из-за пояса револьвер, выстрелил в Черную Стрелу.

Апач качнулся и начал оседать на землю, удерживаемый Бешеным Быком.

– Индеец хорош только мертвый! – вопил Террис, обезумевший от радости при виде падающего воина. Бросив револьвер на землю, он выхватил из-за пояса второй, собираясь убить Бешеного Быка, человека, перехватившего нож Черной Стрелы!

Эта пуля пресекла бы жизнь боевого вождя, но юный Рори Мичел кошкой прыгнул в сторону Терриса, отвел его руку в сторону и нанес стремительный боковой удар в челюсть с такой силой, с какой молот бьет по наковальне.

Наковальня осталась бы на месте, но Террис нет. Он сложился в трех местах, как на шарнирах: в шее, бедpax и коленях, – и казалось, что на пол упали три секции.