Макс Брэнд - Укротитель диких

– Все будет хорошо, – успокоил ее Рори и заставил себя улыбнуться.

В тот же момент он почувствовал уверенность, и ему стало легче.

Рори приготовился к серьезной работе медицинского брата. Он знал, что должен держать больного в тепле, но не давить на него грузом одеял. Устроив мальчику постель, Рори прислушался к его пульсу и дыханию: они стали ровнее. Голова уже больше не качалась в отчаянии из стороны в сторону, словно пытаясь избавиться от боли.

По лагерю с лаем носились стаи собак, бегали орущие дети. При каждом взрыве шума мальчик слегка вздрагивал и напрягался. Заметив это, Рори начал готовиться к важному шагу.

А вождь и его жена тем временем сидели рядом с сыном и, притворяясь абсолютно спокойными, с напряженным вниманием следили за каждым его жестом.

До Рори донесся тихий голос вождя:

– Видишь, новое лечение пошло ему на пользу. Должно быть, все дело в прикосновении его рук.

– Тише, тише, – прошептала в ответ жена. Но даже в ее шепоте были слышны всхлипывания.

Шли часы. Вновь и вновь больной почти засыпал, но каждый раз крик, проносившийся по лагерю, мешал ему. Глаза мгновенно открывались, и мальчик что-то бормотал.

– Что он сказал? – спросил Рори.

– Просит прогнать злых духов, – ответила мать.

– Только об этом и говорит, – добавил вождь. – Он видел их во сне.

– Он видел правду! – простонала мать.

Рори промолчал, хотя понимал, почему мальчик видел злых духов, на которых жаловался: о них говорил мрачный шаман. И страшные образы всплывали в сознании больного из-за постоянного шума, наполнявшего лагерь.

Лай собак почти не прекращался. Как только одна драка затихала вдали, тут же начиналась другая. Собаки носились по деревне, всегда готовые вступить в свару, и устраивали столпотворение вокруг вигвама. Кроме них, вопили юные крикуны, чей бешеный визг мог и мертвого поднять из могилы. И как аккомпанемент к этому оркестру – резкие взрывы плача – воющие, пронзительные голоса младенцев.

Апачи, казалось, не замечали этого гама, но больной мальчик постоянно вздрагивал от этих звуков. Перед рассветом Рори принял решение и заявил:

– Злые духи привыкли к этому месту. Мы должны перейти на другое, тогда они не смогут найти мальчика. Надо скорее уходить отсюда. Сделайте носилки, положите на них сына и несите за мной.

Родители не произнесли ни слова, просто встали и пошли выполнять его приказ. Сделав носилки, они подняли мальчика – мать за голову, а отец за ноги – и положили на носилки. Рори Мичел шел перед ними через весь лагерь.

Подойдя к краю деревни, вождь с беспокойством спросил, не слишком ли далеко они ушли.

– Нет, – ответил юноша.

Они вышли за пределы лагеря, и темнота встретила их благословенной тишиной.

Рори почувствовал, что носильщики замедлили шаг.

– Отец, – наконец сказал вождь, – у нас много врагов. Они подкрадываются к лагерю. Только и поджидают, как бы украсть лошадей или снять скальпы!

– Я не пропущу врагов, – высокомерно ответил Рори. – Идите вперед.

И зная, что индейцы, как правило, разбивают лагерь около рек, добавил:

– Я чувствую, что недалеко бежит вода.

– Наш отец знает все, – с благоговением произнес вождь.

– Идем сюда, направо.

Рори свернул направо и вскоре услышал шум воды, а потом увидел в ней неясное отражение звезд. Он шел вдоль берега, пока не затих заглушенный расстоянием деревенский шум, и только тогда остановился.

Небольшая рощица спускалась к берегу ручья. Здесь было все: лес, вода, возможность укрыться от солнца, свежий воздух. Сам Рори мало что мог сделать, он лишь доверился настоящему целителю – природе.

– Мы остановимся здесь, – сказал он, топнув ногой. Для самого юноши этот церемониальный жест мог быть смешным, но апачи относились к нему очень серьезно и дважды передвигали носилки, пока не уверились, что поставили их именно там, где он топнул ногой! Рори улыбался в темноте.

Начинало светать. Потухли звезды, на фоне неба черной стеной вставали горы.

Скрестив ноги, Рори сидел у постели больного. Он попробовал пульс. Ритм стал еще более неровным. Рот открылся. Рори наклонился к мальчику и уловил слабое, еле заметное дыхание.

Это переселение, очевидно, отняло у больного последние силы. Постепенно занимался день, из темноты поднимались величественные горы, а Рори наблюдал за мальчиком.

Очень скоро у того начало прибывать сил. Однажды его начал бить озноб, но прошел, когда вокруг мальчика подоткнули одеяло.