Луис Ламур - Расхитители прииска

Его предупредили, что человек по имени Рэй Холлистер однажды явится сюда и попытается вызвать волнение; ему также сказали, что Холлистер опасен. Вилсон проверил все сведения о нем и выяснил, что ему сообщили правду. Рэй действительно мог стать источником неприятностей.

Но вот теперь откуда-то возник Шевлин и высказал ему все начистоту. Вилсон и сам знал, что пора принимать решение. Расхищение прииска действительно породило проблемы, и зыбкий, до сих пор сохранявшийся в городе мир готов был вот-вот развалиться. Шевлин предложил ему выбор, и Хойт лежал ночью без сна, пытаясь решить, что и как ему делать.

Интуиция, здравый смысл и порядочность говорили, что необходимо прекратить хищение и вернуть золото законным владельцам. Его, конечно, тут же уволят, но такой поворот не особенно волновал. Перед тем как устроиться в Рафтере, он тоже искал работу. Так что ему не привыкать.

В то время как Хойт лежал на кровати и пытался принять решение, Стоув задумчиво жевал погасшую сигару, а за столом у доктора Руперта Клэгга собрались сам доктор с женой и дочерью, Шевлин и Лайна Теннисон. В нескольких милях от них Рыжий подъезжал к Болдер-Спринг, а Гиб Джентри, желая предупредить друга, спешил на участок Берта Перри.

Стоув не предвидел никаких препятствий для осуществления своего плана. Шевлин представляет собой серьезную помеху, но Лон Корт ликвидирует его быстро и тихо. Рэй Холлистер ошивается где-то поблизости, но ранчо его друзей день и ночь находятся под наблюдением, и, где-нибудь объявившись, он тотчас же будет отловлен.

Но сидя один у себя в конторе, Бен не имел никакой возможности узнать о встрече на ранчо «Три Семерки».

Во всех окнах дома горел яркий свет. Холлистер сидел во главе стола.

Ева Бэнкрофт не спускала с него восхищенных глаз, в глубине комнаты маячил Бэбкок. Остальные собравшиеся были владельцами ранчо или их управляющими, и все внимательно слушали Холлистера.

На каменистом склоне горы, в полумиле от дома или чуть дальше, распластавшись на земле, лежал лазутчик Бена Стоува, глядя широко раскрытыми, невидящими глазами в усеянное звездами небо. По внешнему виду он мало чем походил на человека, поскольку его связали веревкой и волокли две с лишним мили по пересеченной местности, покрытой обломками застывшей лавы, заросшей кактусами и прочей колючей растительностью. Сделав дело, Рэй Холлистер сдернул веревку и ускакал. Бэбкок, как более милосердный, на мгновение застыл над человеком, в чьих глазах, обращенных к нему, еще светилось сознание, но полученные раны были несовместимы с жизнью.

— Это не моя идея, — сказал он и, нажав на спусковой крючок, прекратил страдания умирающего.

Всадники прибыли в «Три Семерки» вооруженные револьверами, на седле каждой лошади висел винчестер. Они пришли с готовностью атаковать чудовище, которое подорвало основу их спокойной сельской жизни. Их сжигало одно желание — сровнять с землей прииск, вышвырнуть вон Бена Стоува и его команду. Тогда вода в ручьях снова станет чистой, а скотоводство опять будет основным занятием этих мест.

Собрались в основном люди честные, прямолинейные, уверенные, что их пастбищам грозит запустение, и готовые защитить свой источник жизни единственным известным им способом. Рожденные к жизни, полной насилия, они не одобряли насилия, но были вынуждены применить его против завистливого, злобного фанатика, зубами и когтями цепляющегося за место под солнцем.

За столом, заставленным чайными чашками, друг против друга сидели доктор Руперт Клэгг и Майк Шевлин. С ними были Дотти и Лайна.

Доктор Клэгг, который часто встречал людей, подобных Майку, на Западе, знал, какая сила может в них таиться. Во время редких поездок на Восток его всегда раздражали господа, которые со снисходительной улыбкой говорили о Западе или о том, что они называли «западным мифом». Они не хотели признать, что в основе каждого мифа лежит суровая, жесткая реальность, воплощенная в жизнь людьми поистине героического склада. Те мягкотелые слабаки, что пришли потом, легко отнеслись к вещам, выходившим за пределы их понимания, как к мифам. Но люди, которых знал доктор Клэгг, каждый день своей жизни претворяли подобные мифы в реальность, обычно не отдавая себе в этом отчета, хотя и понимая, что живут не так, как другие.

Доктор Клэгг находился в Додже, когда двадцать восемь охотников на бизонов, выдержав бой у Саманных Стен против тысячи с лишним индейцев, возвратились с победой. Он, как и все на Западе, знал про побег Джона Колтера от индейцев племени черноногих, побег, в сравнении с которым даже Марафон теряет свое величие. Он знал историю Хью Гласса и гризли, историю прорыва Португальца Филлипса сквозь буран и мириады индейцев за помощью для Форт-Карни. Он хорошо знал историю обороны Аламо.