Макс Брэнд - Пограничные стрелки

— Скажи мне еще кое-что. Элен когда-нибудь причинила тебе хоть малейшую неприятность?

— Никогда.

— Может, что-то тебя раздражало? Ну, допустим, ты увлеклась каким-нибудь юношей, а он предпочел красавицу блондинку?

— Элен? Да она даже не смотрела на мальчишек!

Франческа произнесла эти слова с небрежной уверенностью. Уэлдон закусил губу:

— Выходит, тебе нет оправдания. Видишь ли, я пытаюсь встать на твою сторону. Мне не хочется думать, что ты — не только мошенница, но и к тому же бессердечный человек. Но у тебя, оказывается, нет никаких веских оснований мстить Элен. Просто у нее есть дом, который тебе захотелось иметь. И ты загорелась желанием отнять его. А тебе известно, что она больна?

— Нет.

Уэлдон покачал головой.

— Не выйдет! — объявил решительно. — Тебе придется пойти со мной, Франческа, — вверх по лестнице и в комнату Элен. Хочу посмотреть, как ты с ней встретишься.

Он взял ее за локоть и повел, но силы, казалось, оставили ее. Девушка дрожала, а затем упала на колени с возгласом, похожим на стон.

Это было жестоко, но в данный момент Уэлдон не был склонен к уступкам. Он думал о бледной, беспомощной девушке, которая лежит наверху в спальне, мужественно борется с отчаянием и кротко улыбается смерти, подступающей к ней все ближе и ближе. Он направил луч света на лицо Франчески. Оно было бледным и напряженным. В ее глазах застыл страх.

Охваченный сомнениями, Уэлдон выключил фонарь. Даже Каннингем, на что уж умеющий владеть собой, говоря об этой девушке, отметил ее изумительное самообладание, качества лидера и завоевателя. И вдруг она стоит на коленях! Не важно, играет или искренне. Никак нельзя было предвидеть ее полной капитуляции, отсутствия обычной властности и воли. Во всяком случае, он не ожидал этого.

Некоторое время юноша постоял в нерешительности — ему было не по себе.

— Франческа, вставай, слышишь? Хватит причитать! — потребовал наконец.

Затем просунул руки девушке под мышки и поставил ее на ноги.

Франческа все еще слегка пошатывалась и казалась абсолютно беспомощной. Потом начала плакать. Было видно, что она пытается бороться со своей слабостью, но рыданий и потока слез остановить не могла.

— Это никуда не годится! — твердил рассерженный и огорченный Уэлдон. — Мне эта затея тоже не по душе, но я доведу дело до конца!

Девушка прислонилась к нему. Теперь он держал ее в объятиях почти как любовник. И не мог остаться равнодушным к ее слезам.

— Лью! — прошептала она, судорожно всхлипывая. — Я знаю вас. Знаю, что вы справедливый и прямой человек. Проявите и сейчас эти качества! Не важно, что вы думаете, но я клянусь, что ничего хорошего не выйдет из этой встречи. Она убьет меня, как убивают пули или яд. И Элен наша встреча тоже не принесет пользы.

— Эта встреча убьет тебя? Каким образом? Разве Элен похожа на Василиска?

Франческа не ответила.

Он встряхнул ее мягко, но нетерпеливо:

— Послушай, если хочешь, чтобы я вторично дал тебе возможность выговориться, давай выкладывай! Почему ты так боишься этого свидания? Каким образом она может тебя убить?

Девушка, запинаясь, пыталась что-то сказать, но речь ее была бессвязной.

— Ничего не понял! — нетерпеливо прикрикнул Уэлдон. — Это из-за того, что мисс О'Маллок многое знает, а увидев тебя, сможет связать концы с концами? Она знает достаточно, чтобы накинуть веревку тебе на шею?

— Боже, помоги мне! — рыдая, пролепетала Франческа.

— Учти, мне не нравится то, что нам предстоит. — Ее конвоир был непреклонен. — Но придется через это пройти. Можешь идти? Нет? Тогда я понесу тебя!

Уэлдон подхватил ее на руки и быстро понес к дому. Франческа не пыталась вырваться и не просила его больше ни о чем. Прижавшись лицом к его плечу, она дрожала от горя и беспомощности. Рыдания душили ее. А он не переставал изумляться, как ему удалось сломить эту юную тигрицу, лишить ее присутствия духа. Молодой человек не имел ни малейшего понятия, что заставляет его пленницу так противиться свиданию с Элен О'Маллок, но сгорал от любопытства, надеясь это узнать. С каким-то внезапным прозрением он предвидел, что если свести этих двух девиц лицом к лицу, то весь запутанный клубок тайн и загадок мгновенно распутается. Все тайны будут разгаданы — и смерть генерала, и даже исчезновение трупа! Однако все-таки не мог не испытывать сочувствия к Франческе Лагарди.

В полосе света, льющегося из приоткрытой входной двери, Уэлдон на мгновение задержался и еще раз глянул на девушку. Даже сейчас она была прекрасна! Черные волосы, упавшие на плечи, прикрыли лицо, но он увидел ее шею и тот изгиб щеки, который с таким изяществом и мастерством воспроизводили великие итальянские художники золотого века.