Макс Брэнд - Бледнолицый шаман

— Где они сейчас?

— Их может принести любой порыв ветра. Они — везде, окружают тебя со всех сторон.

— А где твой отец? — спросил Рори.

— Он собирается на переговоры с вождем бледнолицых воинов, которые пришли сюда из форта.

Майкл сразу понял, что речь шла о солдатах и о майоре Талмейдже.

— А о чем Встающий Бизон собирается говорить с белым вождем? — спросил он.

— Он думает, что люди нашего племени украли кобылу и жеребенка.

— Они действительно сделали это?

— Не знаю, — ответил мальчик. — Но вообще-то апачи — великие воры.

Он сказал это с гордостью и похвастался вдобавок:

— Когда мы были на тропе войны, я сам украл три лошади.

Рори не стал ему читать мораль, он знал, что это бесполезно. Точно так же, как индейцы легко верили в неуязвимость заколдованной куртки, они верили и в благородство воровства. Он просто заметил:

— Красть у врага — это одно. Но ведь бледнолицые не воюют с апачами.

— Это верно, именно поэтому мой отец хочет встретиться и поговорить о кобыле и жеребенке.

— А где они собираются встретиться?

— В вигваме белого человека.

Майкл покачал головой.

— Лучше бы они встретились в прерии.

— Почему? Они прислали нам белый флаг и пообещали, что будут честно вести переговоры.

— Встающий Бизон едет туда один?

— Нет, будет еще молодой вождь, непобедимый воин, его зовут Черная Стрела.

— Я слышал о нем, это — хороший боевой вождь, не так ли?

— Да, он добыл много скальпов, — довольно произнес Южный Ветер.

— Рядом с местом встречи не будет остальных воинов?

— Нет. Они сейчас далеко.

— А ты знаешь, где?

— Нет.

— Они должны быть рядом. Когда индейцы и белые встречаются, они могут не понять друг друга, и тогда прольется кровь.

— Ты прав, — согласился мальчик и нахмурился.

— Ладно, — решил Рори, — я сам постараюсь там быть, может быть, мне разрешат участвовать в переговорах. А почему ты пришел сюда, Южный Ветер?

— Чтобы найти тебя.

— Ты тоже гнался за мной вместе с другими индейцами?

— Нет. Некоторые из них все еще ищут твой след. Но я догадался, куда ты исчез.

— Но ведь ваши прерии очень большие. Почему ты подумал, что я сразу приду сюда?

— Возвращаясь с победой с тропы войны, — ответил мальчик, — воины, добывшие в бою скальпы, всегда торопятся домой. Они хотят показать трофеи, похвастаться победами, чтобы их услышали женщины, старики и дети.

Майкл широко улыбнулся. Действительно, если бы не Нэнси Уэр, вернулся бы он сюда?

Южный Ветер продолжал объяснять:

— Женщины, дети и старики — они всегда щедрее на похвалу, чем ровесники.

Тут уже Рори расхохотался во все горло.

— Ты прав. Когда-нибудь ты станешь великим вождем, мой мальчик.

— Нет, — не согласился тот. — Для этого моя кожа должна стать белой, или я должен умереть молодым.

— Почему ты так говоришь?

— Белые люди идут и идут сюда с восхода солнца. Их больше, чем осенью листьев в лесу. Мой отец сказал, что они завоюют нашу землю и вытеснят нас в горы. Но я хочу защищаться, сражаться и умереть молодым!

Майкл был потрясен пылом и торжественностью речи юноши. Чтобы сменить тему, он сказал:

— Сейчас я пойду в дом, а после этого постараюсь попасть на совет вождей. Спасибо за предупреждение, я этого не забуду.

— За какое предупреждение? — удивился мальчик.

— О заколдованной куртке в качестве награды за мою голову.

— Не за что. В следующий раз, когда ты будешь колдовать, не забудь спросить духов о своей собственной судьбе.

Когда Рори добрался до дома, он сразу прошел на кухню, где мексиканка, напевая, растирала на камне кукурузу, чтобы приготовить лепешки. Она недружелюбно взглянула на вошедшего, но лицо ее расплылось в приветливой улыбке, когда она его узнала.

— Отец, — сказала она, — пусть у тебя каждый день будет много вина и мяса.

— Было бы неплохо. Надеюсь, что пожелание сбудется уже этим утром. Есть что-нибудь перекусить?

Женщина тут же поднялась, засуетилась между плитой и столом и подала кофе, мясо и маисовую лепешку. Майкл ел все это стоя, как вдруг в кухню вошла Нэнси.

— А вы ранняя пташка, — проговорила она, прислонившись к стене.

— Она понимает по-английски? — спросил Рори, кивая на мексиканку.

— Ни слова.

— Нэнси, вы знаете, что скоро произойдет?

— Беда, — ответила она. — Это все, что я знаю.

— Большая беда. Уже приготовлено оружие, чтобы убить нас.

Девушка покачала головой.

— Не думала, что это так серьезно. Но у нас же солдаты.