То, что нас объединяет (СИ)

Нил заедет за ней после работы. По распоряжению врача, Сара с четвертого месяца уже не садилась на велосипед. «Это может сказаться на вынашивании плода», – заявил он, и Сара не стала спорить. Отдай он ей приказание спать с куском льда в ногах или питаться всю беременность одним луком, она бы и то подчинилась – все ее мысли крутились отныне вокруг будущего ребенка.

Но врач отменил один только велосипед. В результате Нилу, Кристине и ее отцу пришлось по очереди возить Сару с работы и на работу. Что и говорить, серьезное неудобство. Но сегодня этому придет-таки конец.

Новый приступ странных мурашек. На этот раз сильнее прежнего. Настолько сильный, что Саре пришлось остановиться и положить руку на живот. Неужели она съела сегодня что-нибудь не то? Раньше она не страдала от несварения. Сара медленно направилась к задней двери: пожалуй, ей лучше побыть немного на свежем воздухе.

Как только вернется домой, обязательно позвонит доктору. Может, он знает, в чем тут дело. Распахнув дверь, она шагнула на улицу, и в тот же миг что-то теплое заструилось у нее между ног. Глянув вниз, она увидела на земле, прямо под белым фартуком, большие темные пятна.

Сердце у нее остановилось, на лбу выступил пот. «Мартина», – с трудом выдавила она дрожащим голосом.

* * *

Хелен,

мне дали строжайшее распоряжение отправить эту открытку с первой же почтой. Дело в том, что вчера, во вторник, у нас родился сын Стивен, весом 3 кг 800 г. На свет он появился на три недели раньше положенного, но это никак не сказалось на его здоровье. Сара сама напишет Вам, как только оправится после родов.

С уважением,

Нил Флэннери.

Дорогая Хелен,

огромное тебе спасибо за чудесные крохотные ботиночки и чепчик, которые я получила этим утром. Увы, но у меня действительно и мысли не мелькнуло о том, что ты могла связать их сама! Ты молодец, что не забыла и про Марту. Ей до того понравился твой розовый зонтик, что она таскает его буквально повсюду: вчера вечером он плавал вместе с ней в ванной!

Прости, что не смогла написать тебе раньше, но эта неделя мелькнула для меня как одно мгновение. Только сейчас мне с трудом удалось выкроить пару минут. Дети спят – причем одновременно, что уже можно счесть чудом. Надеюсь, мне удастся закончить до того, как начнется привычная кутерьма (или пока сама я не свалюсь от усталости).

Хелен, это было ужасно. Воды отошли у меня в то время, когда я была на работе – на три недели раньше срока. Как раз накануне официального ухода в декрет! Когда это случилось, никого рядом не было (моя помощница как раз накрывала столы). Я вышла на улицу, чтобы подышать воздухом. Тут-то все и произошло. Разумеется, мне сразу пришли на ум прошлые выкидыши, и я совсем расклеилась. К счастью, в саду находилось двое наших жильцов, и я позвала их на помощь. Одной из них – хочешь верь, хочешь нет – была Мартина. Да-да, та самая Мартина, которая никогда не упускает возможности сказать какую-нибудь гадость! Но в этот раз она была на высоте. Усадила меня на скамейку, приговаривая, чтобы я не волновалась, что все будет хорошо. Потом отправила за помощью второго постояльца, Чарли (слышала бы ты этот приказной тон – сразу видно, что Мартина была в своей стихии!). Пока мы ждали, она легонько похлопывала меня по плечу и повторяла, что все будет в порядке. Это всего лишь ребенок, говорила она. Женщины рожают их уже тысячи лет, и все это время дети появляются на свет тогда, когда они готовы (а не когда мы от них этого ждем). Ты не поверишь, но в скором времени мою истерику как рукой сняло.

К счастью, наш водитель, Дэн, был на месте. Он тут же повез меня в больницу в сопровождении одной из наших медсестер. Она сидела у моей палаты, пока туда, весь взмыленный, не приехал Нил. Узнав о случившемся, он пытался дозвониться до Кристины и своей матери, чтобы оставить с кем-нибудь из них Марту, но обеих не было дома. Телефон моего отца он так и не нашел, и в результате оставил дочку под присмотром наших новых соседей. Ну и задала же я всем жару!

Что касается самих родов… Хелен, это было нечто! Да что я тебе рассказываю – ты же сама рожала. Больно было до ужаса, так что у Нила теперь вся рука в синяках. Я сжимала ее с такой силой, что только чудом, наверно, не сломала. Но стоило мне взять в руки Стивена и взглянуть в его крохотное личико, как все мои страдания отошли в прошлое. Меня буквально переполняли эмоции – ты же знаешь, до чего я чувствительна! Я с трудом могла разглядеть его сквозь слезы (даже сейчас, когда я пишу эти строки, у меня опять затуманивает взор).