То, что нас объединяет (СИ)

Дожевывая торт, она слушала, как Элис рассказывает ее родителям о результатах промежуточных экзаменов. Счастье еще, что она не завалила ни один из предметов! Элис по-прежнему горела желанием поступить в художественный колледж, но Хелен сомневалась, хватит ли ей для этого одного только портфолио.

«Элис придется подтянуть все предметы, – сказал Хелен школьный учитель рисования. – Без сомнения, у девочки есть способности и желание их развивать, но в художественный колледж всегда был большой конкурс. Если она хочет побороться за место, ей нужно достойно выглядеть во всех дисциплинах».

Хелен украдкой разглядывала отца. В свои восемьдесят тот по-прежнему выглядел на редкость властно и уверенно в себе – а чего еще ждать от судьи, который годами ставил на место преступников? Ее мать, одетая в светло-голубую пару и серую твидовую юбку, предложила Элис еще кусочек торта. Последняя, будь на то ее воля, питалась бы сладким на завтрак, обед и ужин. Жаль, что за всю жизнь Хелен так ни разу и не удосужилась испечь домашний торт.

Сара, должно быть, регулярно радует выпечкой своих близких. Впрочем, если судить по последнему письму, ей сейчас явно не до тортов.

Я по-прежнему ужасно беспокоюсь, хотя самый опасный период уже позади. Доктор всячески подбадривает меня, а Нил просто вне себя от счастья. Он уверен, что на этот раз все пройдет как нельзя лучше. Мы позвонили в агентство по усыновлению и попросили снять нас с очереди. Как-то нечестно держать их в качестве запасного варианта.

Марте мы пока ничего не сказали. В любом случае она еще слишком маленькая, чтобы понять всю значимость происходящего. Кристина уверена, что у меня будет девочка – заявила, что чувствует это нутром. Ну а мне все равно… Не забывай держать за нас кулаки! Первый ребенок в тридцать семь, да еще с моей-то историей. Конечно, я стараюсь расслабиться и порадоваться этой беременности. И я действительно счастлива! Счастлива и в то же время напугана. Рожать мне в середине декабря. Я знаю, что не смогу успокоиться до тех пор, пока он – или она – не окажется у меня на руках.

Хелен, слегка поразмыслив, отправила Саре набор для вышивания.

Используй это после того, как отправишь Марту в постель. Такое занятие поможет тебе расслабиться. А если еще войдешь во вкус, со временем сможешь украсить свой дом вышивкой собственной работы. Мне кажется, она удачно впишется в интерьер твоего жилища (которое, как я понимаю, мало чем напоминает мое собственное).

Будем надеяться на лучшее. Я рассказала обо всем Элис (надеюсь, ты не против?), и она передает тебе самые сердечные пожелания.

– Ребенок? У нее будет ребенок ? – Элис с недоверием воззрилась на мать. – Разве она не такая же старая, как ты?

Вот уж, действительно, тактичный вопрос!

– Сара на восемь лет меня моложе, так что можешь не считать ее старой каргой.

Порой, лежа в постели, Хелен размышляла о том, доведется ли ей когда-нибудь вновь наладить отношения с мужчиной. Сорок пять – далеко не старость. При нормальном раскладе она вполне сможет прожить еще лет тридцать-сорок. Неужели ей предстоит провести эти годы совсем одной, в компании соседского кота?

Да нет, какой там кот – они столько не живут. Стало быть, совсем одной. Разве что привлечет внимание какого-нибудь представителя противоположного пола. Но это вряд ли – она же никуда не выходит, ни с кем не встречается.

– Выпей еще капельку, – предложила Хелен мать.

– Пожалуй, мне хватит.

Есть, правда, еще одна перспектива, тоже не слишком приятная. Не исключено, что настанет момент, когда ей придется ухаживать за престарелыми родителями. А поскольку они ни за что не согласятся переехать в ее район, встанет вопрос о ее возвращении под родительскую крышу. Немыслимая перспектива.

Может, Сара сумеет пристроить их в свой дом престарелых? Или они мирно доживут до глубокой старости, не нуждаясь в дочерней поддержке, и мирно скончаются во сне.

– Надеюсь, у этого кота нет блох, – сказала ее мать. – Тем более что он находится на попечении Элис.

У Хелен возникло желание рассказать ей про то, как у самой Элис когда-то обнаружили вшей. Боже, как давно это было! Элис тогда только начала ходить в школу.

– Помнишь частый гребень? – спросила она у матери.

– Что? – нахмурилась та.

– Ты вычесывала им мои волосы, чтобы у меня, не дай Бог, не завелись вши. Помню, он ужасно царапал голову.

– А ты вычесывала таким меня, – вмешалась Элис. – Я его терпеть не могла.