Сергей Герман - Гребаный саксаул (СИ)

Слова - хламидии, трихомонады, цитомонады, итомегаловирус, герпес, , золотистый стафилококк в его устах звучали как поэзия.

После полуночи Аюпов садился в свой «москвич-412» и уезжал домой.

Машина у него старая, дребезжащая. Но замполит был страшно горд.

Однажды он пробил колесо. Странно, что он никого не заставил ставить запаску, а самостоятельно поставил домкрат и поменял колесо.

Я в это время курил рядом и давал ценные советы.

Что нас сближало? Может быть общие взгляды? Или какой-то молодой здоровый цинизм, помогающий превозмогать официальное враньё.

Меня назначили в патруль. За всю службу я ни разу не был в увольнении.

Предстоящую прогулку по городу воспринимаю как праздник. Мы идём по городу. Навстречу идут двое срочников, младший сержант и рядовой. Они не в парадках, как мы, а в обычном, выгоревшем на солнце, застиранном хебе. Солдаты глазеют по сторонам, не спеша рассматривают здания, оборачиваются вслед проходящим женщинам. Старший патруля говорит:

-Внимание!..Это наши. Самовольщики. Вот с них и начнём. Наша задача, развести их на пиво.

Старший патруля – сержант- сверхсрочник. Фамилия – Болдырев. У него кошачьи усы и хитрый- прехитрый взгляд из- под нависших бровей.

Солдаты подходят ближе. На петлицах у них мотострелковые эмблемы.

Болдырев бросает ладонь к виску. Голос у него громогласный. Дал господь талант.

-Старший патруля, сержант сверхсрочной службы Болдырев.- Сержант сверхсрочной службы звучит, как майор.

-Попрошу ваши документы. Увольнительные.

Слюнявя пальцы листает военные билеты.

-Откуда?

Отвечает младший сержант. Он улыбчиво щурится. Но в голосе явственно слышится вызов.

-Оттуда сержант. Провинция Герат.- Младший сержант усмехнулся- Если точнее Фарах, если тебе это о чём то говорит.

-Говорит...говорит...Воинский устав он для всех обязателен.

Герат...Это там погиб Витька Федотов из нашей школы.

Я оттягиваю сержанта в сторону.

-Ты ничего не понял. Они оттуда...из-за речки.

Сержант непонятливо спрашивает:

-Откуда...оттуда?- Потом недовольно бурчит.

-Это ты не понял. Мы что так и будем до вечера, как дураки ходить?

Мне захотелось дать ему в морду. Как когда то лейтенанту Сучкову.

-Не будем. Отпусти ребят. Куплю я тебе пива.

Услышав, что у меня есть деньги, старший патруля подобрел.

Мы стоим под деревьями, курим. Я дал Болдыреву денег, он ушёл за пивом.

Я не спрашиваю, как там? Не стоит задавать этот вопрос. Ответят, езжай туда сам и всё увидишь. Будут правы.

Я спрашиваю.- Фарах, где это?

Младший сержант отвечает- недалеко от Шинданда, скалы. Там в скалах они и сидят, суки! А мы вокруг, 101-й полк.

Сержант затягивается, затаптывает окурок.

-Мы в ваш город двух двухсотых привезли. Лейтенант на два часа в город отпустил. Спасибо тебе, а то сверчок твой нам бы все жилы вытянул. Не хочется время на ерунду тратить. Вечером борт, снова туда.

Мимо, негромко переговариваясь проходят люди. Выходной день многие с детьми. Вспоминаю,- «если бы не мы, вас бы давно...»

Мы прощаемся. Приходит Болдырев. Приносит пиво. Мы молча пьём. Говорить не хочется.

* * *

Последние месяцы службы, тянутся как резиновые. Мне кажется, что они не кончатся никогда.

Я понимал, что скоро закончится привычное опостылевшее житьё и нужно будет уходить из этого городка, знакомого до выбоин на асфальте, уходить от друзей-однополчан, от командиров, уходить в новую жизнь, где тебя кроме родителей никто не ждёт.

Чем заняться на гражданке? Остаться в посёлке? Пить водку и драться? Чтобы рано или поздно сесть за то, что проломил кому-то голову. Или к сорока годам превратиться в испитого, никому не нужного бича?

Ещё будучи сержантом срочной службы, я уже писал небольшие рассказы об армии. Есть настроение — я пишу. Нет- всё равно пишу. Так между делом исписал общую тетрадь. Догадывался, что моя писанина может попасть к офицерам, поэтому всем персонажам менял имена.

Однажды тетрадь всё таки попала к замполиту.

-Учиться тебе надо- Сказал лейтенант Аюпов.- Я поговорю с командиром роты. Думаю, что он не будет возражать, чтобы тебе дали направление на подготовительное отделение.

* * *

Жизнь катилась обычным чередом. Построения, наряды. После развода задействованные на подготовку к полётам или работам отправлялись в автопарк или на аэродром, остальные расползались от греха подальше, чтобы не попасть на глаза комбату.

На территории части стояла библиотека. Там работала какая то женщина, её имени я не знал.