Array Катори Киса - Абсолют

«Наверное, именно это называют страстью. А мысль двадцать три начиналась на слово „Или“», — тут же вспомнились недавно сказанные Малфоем слова. И если в тот вечер Гарри могли посетить кое-какие сомнения в их достоверности — то сейчас все они стремительно стирались и исчезали.

За последние дни это было уже второе признание — скрытое, потаенное и, наверное, от этого еще более волнующее.

— О, стремление к моногамии… редкое явление для наших дней, — вновь раздался голос Маккоя. — И если мистер Поттер сказал правду, и в вашем Аврорате такие, как вы, встречаются через одного, то у вас там настоящий заповедник, — усмехнулся он.

— Мистер Поттер так сказал? — Скорпиус удивленно глянул на Гарри в зеркало. — Что ж, если сказал, значит, так оно и есть.

— А вы, мистер Маккой? — быстро спросил Гарри. — Как вы относитесь к моногамии? Вы женаты?

— К моногамии я отношусь крайне неоднозначно, мистер Поттер, а вот с женитьбой… — Ивар слегка замялся, а потом с улыбкой пожал плечами. — Не сложилось. А что насчет вас? Мне почему-то кажется, что у вас большая семья.

— Вы ошиблись, мистер Маккой, — Гарри вернул вежливую улыбку. — Списки завидных холостяков магической Британии я пополнил еще четырнадцать лет назад.

Если вообще не возглавил этот рейтинг, мысленно закончил он и посмотрел на сосредоточенного на дороге Скорпиуса.

Вот взять бы этому Ивару и голову сейчас свернуть за его длинный и глупый язык! Кто знает, что по его милости теперь творится в малфоевской голове!

Впрочем, в неведении он оставался недолго. Ивар, разумеется, не обошел вопросом и Скорпиуса.

— Мистер Малфой, а у вас, я вижу, нет кольца, — проницательно заметил Ивар.

— И не будет, — спокойно ответил Скорпиус и резко крутанул руль, четко входя в крутой поворот. — Я гомосексуалист.

Такого откровения Маккой явно не ожидал — он поперхнулся, закашлялся и виновато улыбнулся, пытаясь переждать спазмы в горле.

— Простите, — продолжил Ивар. — Мне стоило догадаться, когда вы сказали про одного.

Гарри взглянул в зеркало и мысленно выматерился, проклиная и поездку эту, и Маккоя вместе с ней. Вот ведь чертов хитрец — не надо быть легилиментом, чтобы ощутить исходящий от него интерес к Малфою. Всеми правдами и неправдами решил ведь разузнать, открыта ли ему дорога.

— И это не просто были слова, мистер Маккой. Насколько я знаю, Скорпиус состоит в отношениях. Достаточно серьезных и длительных, — вмешался Гарри, даже не заметив, что назвал Малфоя по имени, нарушая показную субординацию.

Скорпиус глянул на него в зеркало и улыбнулся краешком губ.

— Еще раз простите, — если Ивар и был разочарован, виду он не подал. — Думаю, это не моё дело.

И все же взгляд, который он бросил на Скорпиуса, Гарри не понравился. К счастью, скоро стало не до выяснений личных предпочтений: Скорпиус ни с того ни с сего резко дал по тормозам.

— Прошу меня простить, — сказал он сдавленно. — Я на минуту.

Он быстро вышел из машины, оставив Гарри и Ивара озадаченно переглядываться.

— Он тяжело переживает свою ориентацию? — спросил Маккой озабоченно. — Я надавил на больное?

А Гарри и сам хотел бы знать, что происходит. Он и так еле удержался от того, чтобы не ринуться следом за Малфоем с выяснениями, что случилось… Да и объяснить не мешало, отчего Маккой «пересказал» его слова, что такие, как Скорпиус встречаются через одного.

— Прежде не замечал, — растерянно проговорил он и выглянул в окно, ища глазами Скорпиуса.

Тем временем Скорпиус миновал придорожные кусты и, не задумываясь, перешагнул через живую изгородь забора.

— Там, кажется, какая-то птица, — наконец разглядел объект малфоевского интереса Ивар. — Ворона, кажется, или голубь… Хотя нет. Слишком крупная.

— Сова, — безошибочно опознал Гарри и едва не рассмеялся. Ну это надо же! Даже среди маггловского Лондона Скорпиус умудрился найти сову.

Вернулся Скорпиус быстро — птица легко дала себя поймать и даже, казалось, сама пошла к Малфою.

— Мистер Поттер, вы не возражаете? — спросил Скорпиус, открыв заднюю дверь. — Или посадить в багажник? У нее что-то с крылом.

— Какой еще багажник? Живо давай мне ее на руки, — отозвался Гарри. — Бедняга, — с сожалением произнес он, посадив сову к себе на колени.

И хотя попавшую в передрягу птицу очень было жаль, и Гарри искренне сочувствовал ей, он ощутил, будто с души спал камень. Как хорошо, что причиной сдавленного малфоевского голоса на этот раз был не он. И все же, объясниться со Скорпиусом все же стоило.