Fallout - Equestria

Я почти поверила, что мои молитвы были услышаны, как только от ближайшего сияющего терминала раздался громкий звенящий звук. Эпплджек сбросила маску "оленя, застывшего в свете фар".

— Всё равно нет, — ответила она, разворачиваясь к терминалу. — Сейчас мне нужно посмотреть, что там. А тебе лучше бы снять эту штуковину до того, как я закончу. Ты выглядишь нелепо!

Я почувствовала, как мой хозяин вздыхает, потом идёт к тому, в чём я узнала дверь ванной. Меня охватил внезапный ужас. Эпплснэк всё ещё испытывал свою... твёрдость. О, Богиня, пожалуйста, пусть там не будет зеркала в полный рост!

Испуганный вскрик рыжей кобылы разрешил мои беспокойства с пугающей быстротой.

— Что случилось? — спросила я голосом Эпплснэка.

Кобыла Министерства Технологий прокручивала информацию на экране терминала так быстро, как ей позволяло её копыто.

— Нет... — простонала она. — Нет, они не могли! — Её голос становился громче и всё более напряжённым: — Нет! Они... они... Как они могли?!

Опять, более решительно:

— ЭйДжей, любимая, что случилось?

Эпплджек повернулась к своему солдатику. На глазах у неё навернулись слезы, а в голосе появилась устрашающая резкость.

— Айроншод — вот что случилось! — Она сплюнула, когда прочие эмоции, кипевшие у неё на душе, выплеснулись в виде ярости. — Один год! Стальные Рейнджеры просуществовали один год, и Айроншод Файрармс взяли и сделали ружьё, разработанное, чтобы пробивать их броню! Они создали оружие, чтобы убивать своих же!

Я почувствовала, как Эпплснэк посерьёзнел от этих вестей.

Светловолосая кобылица металась из угла в угол от едва сдерживаемого гнева.

— Они называют это антимех-винтовкой. Но чем она действительно является... так это винтовкой против магической силовой брони! — Она повернулась к нам со слезами на глазах: — Как долго ждать того момента, когда зебры завладеют этим? Они просто погубили своих же!

Я ощутила, как мой хозяин сглотнул. Ему изумительно хорошо удавалось сдерживать сердцебиение, но, хотя я не могла ощутить эмоции Эплснэка, я всё же чувствовала физическое напряжение.

— Я вложила всё, что имела, чтобы найти лучший способ, как защитить наших солдат, — Эплджек впала в ярость. — Я продала свою ферму! Я билась с пони собственного Министерства, чтобы осуществить этот проект.

Она повернулась, её широко раскрытые глаза были наполнены слезами.

— Я. Продала. Свою. Ферму!

К моему горлу подступил комок. Моё сердце болело за эту кобылицу, а мои копыта хотели обрушиться на злых пони, которые позволили себе быть такими бездумными.

Рыжая пони повернулась и лягнула свой комод так сильно, что разбила его в щепки и комки ткани.

— Это предательство! Они не могут этого сделать!

Мой хозяин следил за тем, как кобыла озирается в поисках ещё чего-нибудь, что можно лягнуть; затем у неё, кажется, появилась более хорошая идея.

— Я отправляюсь туда! — неожиданно решила Эпплджек. — У меня родственники в Айроншод. Брэйбёрн послушает...

Я ощутила, как замирает моё сердце.

— СтилХувз, — рявкнула Эпплджек, обращаясь к моему хозяину не по имени, а по его военному обращению. — Вызови Винграйта. Скажи ему, чтобы был на крыше через две минуты и приготовил мою личную колесницу. Если отправлюсь сейчас, смогу добраться до Айроншод к утру. Может быть, я смогу повернуть это всё вспять, пока не...

— ЭйДжей, любимая... — медленно произнёс Эпплснэк, пытаясь сохранять благоразумие. — Если они уже изобрели его, то тебе не повесить это яблоко обратно на дерево. — Я знала, что он был прав. Второй предмет в сейфе был достаточным тому подтверждением.

Эпплджек смерила нас обоих взглядом (или, по крайней мере, это так воспринималось).

— Что ж, тогда я никому не дам от него как следует откусить. — Если бы я могла говорить, то сказала бы ей, что подобные ожидания были напрасны. — И звони уже!

Рыжая пони повернулась и оглядела разбросанные обломки дерева и обрывки платьев.

— Великолепно. Теперь мне ещё нужно найти что-нибудь прилично выглядящее, чтобы надеть.

Меньше чем через три минуты СтилХувз прощался с Эпплджек, входившей в лифт, соседствовавший с их номером. Звонок Винграйту был сделан, и колесница Кобылы Министерства уже ждала на посадочной площадке для пегасов.

— Я вернусь, не успеешь оглянуться, — настойчиво сказала она, одетая в строгий деловой костюм (который, видимо, не часто использовался) и выглядевшая немного менее кровожадной, но не менее решительной. — Извини, что эта ночь прошла не так, как ты надеялся. Я тебе это возмещу. Обещаю.